Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

Лицо избороздили морщины, но я была уверена, что это не от возраста, а от горя. В потухших глазах едва теплились огоньки бессильной злости, в углах губ залегла скорбная складка. Ох, господи… Несмотря на то что совершила она серьезный проступок, чуть не свела в могилу ни в чем не повинную молодую девушку всего лишь из мести, как я поняла, ведьму было откровенно жалко. Не могла я злиться на нее, видя неприкрытое горе, только вот из-за нее стала несчастной еще одна мать и едва не умерла Катя. Осуждала, да, однако понимала, что убеждать в том, что она поступила нехорошо, бесполезно. Татьяна Петровна своей вины не признает ни за что. Скорее всего, Валя – ее единственная дочь, и, подозреваю, ведьма как-то узнала, что Коля за спиной Вали начал встречаться с Катей. Я вздохнула и покачала головой: иногда моя работа начинает угнетать из-за того количества людского горя и нелепых поступков, с которыми я сталкиваюсь в расследованиях.

Все-таки Рэм соблюл формальности: руки Татьяны Петровны были за спиной связаны вроде как обычной веревкой и небрежным узлом. Но держали крепче стальных, я знала, что это не просто веревка. Заговоренная специальным образом, она применялась против ведьм, блокируя их дар и не давая действовать руками, и снять ее мог только тот, кто надевал. Ну и правильно, кто знает, чего можно ожидать от отчаявшейся женщины. Ей еще по закону отвечать за темный запрещенный ритуал, и вряд ли она отделается внушением и строгим выговором. Плюс еще смерть Николая, ведь как мы выяснили, она тоже не просто так случилась. Мда уж, наворотила дел эта с виду скромная пожилая женщина. Рожнов молча усадил безучастную Татьяну Петровну на заднее сиденье, сам сел за руль, и мы выехали. Всю дорогу в салоне царила такая напряженная тишина, что казалось, еще немного, и в воздухе появятся искры. При арестованной ведьме разговаривать с Рэмом о том, что случилось со мной, и о моем прошлом, естественно, желания не было, и, чтобы отвлечься, я решила позвонить Женьке, узнать, как у него дела.

Однако когда набрала знакомый номер, мне сообщили вежливым голосом, что абонент временно не «алло». Вот так. Наверное, занят поисками этой Ани, хотя время уже к обеду близится. Почему-то стало грустно – Лис крайне редко отключал телефон, только если что-то на самом деле важное. А тут еще, получается, со вчерашнего вечера мы не разговаривали, и я чувствовала себя неуютно, подспудное ощущение вины грызло изнутри, не давая спокойно заниматься делами. И Рэм… Перед глазами мелькнула картинка шефа в одеяле, потом – красавца барса. Я осторожно покосилась на профиль Рожнова, смотревшего на дорогу, взгляд задержался на татуировке.