Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

Я заволновалась, незаметно сглотнув, но не в силах отвести взгляд.

– Нам бы поговорить, Ален, – негромко и серьезно произнес он, тоже глядя на меня.

– Д-да, – пробормотала я, почему-то чувствуя, что начинаю дрожать, только не от холода.

– Когда тебе удобно? – спросил Рэм, а я поймала себя на том, что прислушиваюсь к его дыханию.

Размеренному и ровному, тогда как мое норовило сбиться и стать рваным, выдав меня с головой.

– Не знаю, давай сначала с ведьмой и Катей разберемся, – быстро ответила я, все же отвернувшись и раздумывая, как бы так проскользнуть мимо Рэма.

– Хорошо, – согласился шеф и наконец посторонился.

Вздох облегчения удалось сдержать – не сомневаюсь, барс с его тонким слухом различил бы его. Мне же отчаянно не хотелось, чтобы Рожнов заметил, что я нервничаю в его присутствии. Я поторопилась зайти в гостиную, где уже сидели бледная Катя, сжав руки коленями, незнакомый полицейский с усталым лицом и невозмутимый некромант. Ведьма стояла у стены, сгорбившись и опустив голову, рядом – молчаливая Василиса с сурово сдвинутыми бровями. Рэм, выйдя из-за моей спины, разом подобрался, мягкость и расслабленность ушли из его облика, лицо стало непроницаемым.

– Татьяна Петровна, прошу в мой кабинет, – отрывисто произнес Рожнов, направляясь к двери. – И вас тоже, простите, не знаю, как зовут, – обратился он на ходу к представителю власти.

– Минаев Константин, – представился мужчина, поднявшись с дивана и скользнув равнодушным взглядом по ведьме.

Троица скрылась в кабинете, и я затолкала неуемное любопытство поглубже – о результатах разговора Рэм наверняка сообщит, а подробности… Они не нужны. И так хватает переживаний. Обхватив себя руками, я отошла к окну и села на подушки, глядя на улицу. Хотелось есть, но пока терпимо – сначала дождусь окончания этого дела. Тишина в комнате стала такой густой и плотной, что ее можно было резать на куски, как свежий хлеб. И оттого голос Кати прозвучал резко и неприятно, хотя говорила она тихо.

– Она согласится отменить ритуал?

– Ну конечно, дорогая моя, – поспешила уверить ее Василиса, но мне почему-то казалось, ведьма на самом деле просто утешает девушку.

По закону, у Татьяны Петровны имелось два выхода: отменить свое злодейство, и тогда ей сохранят жизнь, только дар заблокируют навсегда без права возвращения и запретят практику даже по зельеварениям и микстурам от кашля. Она будет носить постоянно маячок и проходить ежемесячные проверки. И второй вариант – если ведьма откажется отменять. В этом случае ее казнят за применение темного запрещенного обряда, и Катя все равно избавится от смертельной удавки.