Никто об этом не узнает (СИ)

Послушать Рената — и впрямь всё звучало просто и логично, вот только отчего-то всё равно на душе было тошно до невозможности.

Глава 11

В детстве Алёна частенько засиживалась допоздна у подруг — не хотелось возвращаться домой, в нетопленную, грязную избу, где бутылки из-под самогона катались по полу, где бычки дешёвых папирос можно было обнаружить где угодно — в кровати, в мойке, в чайнике, где трухлявые стены навсегда впитали мерзкую вонь. Не дом, а клоака.

Сейчас у Алёны появилось всё, о чём она и мечтать никогда не смела: красивая одежда, уютная комната, вкусная еда, компьютер, книги, сотовый. Папа ей даже деньги даёт «на всякий случай», хоть она и отказывается. Но почему-то именно теперь она чувствовала себя в аду.

Там, в деревне у неё были милосердные соседи, добрые учителя, друзья, много друзей. В неё даже мальчишки влюблялись.

А теперь она — изгой. Да, есть папа, но он не рядом. Его и дома-то почти никогда не бывает. А рядом те, кто ненавидит её ни за что, презирает, оскорбляет и унижает. Они смотрят на неё так, будто нет ничего гаже, будто она грязная, уродливая, заразная. Постоянно: смешки — вслед, обидные слова — в спину, пошлости — в лицо. Это невыносимо! От этого хочется кричать, бить стёкла, посуду… и их бить тоже хочется. Но нельзя. Отцу в преддверии выборов любой скандал может навредить.

Однако как бы сильно Алёна ни страдала от всеобщего издевательского отношения, больнее всего оказалось то, как повёл себя с ней Максим. До сих пор, стоило только вспомнить, наворачивались слёзы, а в груди всё болезненно сдавливало.

Как мог он так — сначала заставил поверить, что она ему нравится, а потом плюнуть в неё, ещё и при них? Образно, конечно. А ведь говорил, что в школе её больше никто не обидит…

Значит, он или тогда притворялся, когда смеялся с ней, водил в парк, в кафе, когда смотрел, когда целовал… Или он попросту стыдится её перед своими одноклассниками, этими бездушными мажорами, родившимися, как презрительно говорил её приятель из детдома Юрка Чусов, с золотой ложкой в заднице.

Раньше Алёне казалось, что Максим не такой. Что он грубый, жестокий, какой угодно, но не подлый, что он искренний, что в нём нет стадности и малодушной трусости. А получается есть…

Если так, всхлипнула Алёна, если он снова подойдёт к ней, если заговорит по-хорошему, она в долгу не останется. Она припомнит ему это его «пошла ты»."

"Она всхлипнула, оказывается, вслух, забыв, что едет домой и не одна, что рядом сидит Артём.

— Что? День неудачный? — спросил он, скосив на неё взгляд. Вроде даже лёгкое сочувствие промелькнуло в глазах.

— Типа того, — кивнула она, торопливо подобрав ладонью слезинки.

— А Макс где?

— Не знаю.

Куда после уроков делся Максим, она и правда не знала.