Никто об этом не узнает (СИ)

А после такого вызова его ещё и считать наверняка будут не просто другом, а вассалом, подобострастным прислужником. Да ещё и это сыкло…

Вот сам Явницкий мог себе позволить уйти, когда ему что-то не нравилось, и никто не сказал бы — слился. А Ренат — он и уйдёт, все сочтут, что помчался за «хозяином». Макс этого не понимал, не хотел понимать.

— Ну что, Мансуров, готов рискнуть или сольёшься? — не отступал Стас.

Ренат нерешительно взглянул на Кирилла, на Лужина. Те молча пожали плечами, но, судя по лицам, оба явно не желали уступать.

— Ну и кто тогда из нас засс*л? Кто трепло? — презрительно скривился Стас. — Или ты в себе не уверен?

— Ты за меня не волнуйся, — вдруг с вызовом ответил Ренат. — Что ты предлагаешь?

— Предлагаю забиться — кто из нас двоих первым чпокнет доярку, скажем, за три недели от сегодняшнего дня. Но только никакого насилия. Она сама должна согласиться, иначе не зачёт.

— Почему именно три недели?

— Цейтнот обостряет ощущения, — осклабился Стас. — И если б я спорил с Явницким, то срок бы выставил — не больше недели. Это для тебя такая поблажка. Но ещё раз повторяю: с её стороны всё должно быть добровольно. Сама пришла, сама отдалась…

— Да понял я. Я не понял, как ты проверять будешь. Например, скажу тебе через неделю, что я её чпокнул, а сам даже не подходил к ней…

— Не-не-не! Скажу-не скажу тут вообще не катит. Только реальный пруф! Либо съёмка онлайн, либо свидетели. Ну так что, Мансуров, готов покорять колхоз?

— Было бы что там покорять, — буркнул Ренат.

— Ну всё тогда, забились. У нас с тобой есть три недели.

— А нет мысли, что Явницкий-старший, если узнает, устроит нам армагеддец?

— Пфф, — хмыкнул Стас. — Во-первых, откуда он узнаёт? Она ему, что ли, прибежит и расскажет: «Ах, папа, я отдалась негодяю»? А во-вторых, помнится, говорили, что батя на неё класть хотел, лишь бы пресса угомонилась. И Явницкий этого не отрицал. И вообще, что-то вас не сильно этот момент тревожил, когда сами её гнобили. Так что, Мансуров, отмазка так себе. Скажи лучше, что реально сс*шь.

— Да не дождёшься, — хорохорился Ренат. Не накурись он урок назад, наверняка покорно шлёпал бы сейчас за Максом, нравится это или нет, но сейчас взыграла кровь. — Давай.

— Мансуров, растёшь на глазах, — удивлённо и одобрительно протянул Шилов. — Ну, окей. Пацаны, все слышали? О! Самое главное чуть не забыл. Пари-то на желание.

— Какое ещё желание? — нахмурился Ренат.

— Ну а ты как хотел? За просто так я метать бисер перед свиньями не собираюсь. Должен быть приз и приз стоящий. Иначе смысл барахтаться?

Стас хитро прищурился.

— В общем, тот, кто проиграет… мнн… на следующий же день прям с утра в классе при всех встанет перед победившим на колени и… поцелует ботинок.

— Ты, Шило, и впрямь больной! — охнул Мансуров.