Никто, кроме нас!

– Прыгай! – крикнул Витька, поворачивая ко мне голову. – Прыгай, Колька! Лезь на крыло и прыгай вниз!

– Я тебя не брошу! – прижав к плечу РПК, я дал очередь по мелькающим внизу транспортерам. Языки огня, отрываясь и бледнея, лизнули мне сапоги, я выпустил оружие, хлопками затушил штанины. – Прыгаем вместе!

– Нет! – крикнул он. – Вон, видишь?!

От трех уцелевших резервуаров в разные стороны разбегались, спотыкаясь и падая, солдаты. Не все – несколько человек спешно наводили стволы швейцарских зушек – отличных аппаратов…

– Колька, прыгай, уйдешь, сумеешь! – крикнул Витька. Огонь лизал ему лицо и руки. – Колька, прыгай!

– Нет, – ответил я, перетаскивая на колени две гранаты из ящика.

– Дурак! – крикнул Витька, пикируя к самой земле.

Очереди шли где-то над нами… Мелькнуло смуглое усатое лицо, в глазах – мутный ужас, рот перекошен.

Первая «колбаса» выросла и закрыла собой весь мир.

– Иду, пап-ка-а!!! – услышал я ликующий крик Витьки – из того комка пламени, в который превратился уже весь нос «Блюза».

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой…

«Апач» сбили мальчишки – Макс Дижонов и Жорка Тезиев. Но «завели» вертушку мы, как и было задумано – метались, култыхались, как курица без головы – и амерос купился, погнал нас обратно к своим. Типа в плен. Последнее время они не наглеют, вышел запас наглежа, но как на такое не повестись? Мы, кое-как ковыляя, вышли точно на приметную скалу, где пацаны и всадили в винт и кабину две гранаты из снятых со своего «Олежки» «РПГ-2».

«Апач» сундуком грохнулся на дно карьера. Я, когда увидела это, чуть не выскочила из машины. Особенно было здорово, что РПГ сняли с «Олежки». Как будто мой брат все еще воюет…

И Колька воюет. Наш со Светкой «Блюз» – новенький – я так и назвала «Николай Реузов». Светка была не против, хотя у нее тоже погиб отец…

Летал у нас и «Виктор Барбашов» – на нем были Тошка Задрыга и Витька Тимко. И вторая девчонка была – точнее, уже, так сказать, девушка, сестра Ваньки Тимкина, Женька, стала фельдшером в сотне. Девчонка-казак!!! Впрочем, с нами было еще круче… А вот ни Андрюшка, ни Женька в сотню не вернулись – оба стали инвалидами. Женька еще ничего, а Андрей сам почти не может ходить. Выйдет из дома, пройдет сто метров – и задыхается… И нам прислали еще один «Гриф» – на него наконец-то пробился наш красавчик Димка Опришко, а его место в мастерских занял парень из иногородних, но поверстанный…

…Сейчас я оттаяла и даже стала смеяться. Кстати, в первый-то раз я засмеялась, когда попала двумя гранатами точно в «Абрамс», и он – уже когда мы пролетели и врубили движок, уходя – взорвался так, что его раздуло в стороны, почти в шар. А до этого я ходила черная.