Никому не скажем

У отца было единственное слабое место — вы. На это и давили…

— Думаешь, ему угрожали расправой над нами?

— Уверен. Пока можно было как-то крутиться — он барахтался. А когда его слили — появилась опасность, что он сдаст других. Не покончи он с жизнью сам — его бы порешили в СИЗО. Люди, которые много знают — долго не живут. Он понимал, что прийти за ним могут в любой момент. И неизвестно, кто бы им попался под руку первым.

Ты… или Женька.

— Господи! Почему он мне ничего не сказал? Мы бы что-нибудь придумали! Уехали бы куда-то… Я не знаю…

— Вас бы нашли. Да ты читай… Читай. Это не самое страшное.

Я сглотнула готовый сорваться вопрос о том, что может быть страшнее смерти, и прошептала совсем другое:

— Как глупо и нелепо… Ведь это их не остановило, так? Они же… все равно зачем-то к нам пришли.

— Читай дальше, Ева… — Кит устало растер лицо и отвернулся к окну, за которым уже стало совсем темно.

«… Перед смертью, сын, я должен сказать тебе кое-что важное. Но ты не думай, что это потому, что я вдруг раскаялся.

Нет. Я тебе уже говорил: ты хороший парень, я тобой по-настоящему горжусь и люблю, но что касается Евы… Ты сам все испортил, Никита. Не по зубам тебе она оказалась. И если моя вина исключительно в том, что я смог то, чего не смог ты — что ж, так тому и быть. Можешь ненавидеть меня и дальше. Только эту девочку спасать надо было. И я ее спас. А теперь, может быть, твоя очередь. Я тебя как друга прошу, защити её, если я своей смертью этот вопрос не закрою. Ее и Женьку. Она уверена в обратном, но это твой сын. Я всегда о том подозревал — уж слишком он на тебя похож, да и Ева, глупая, она же во всем мне призналась. Представляешь? Вот так пришла и сказала — я тебя предала.

И вещи собрала. А я не отпустил. Простил. Любил ее очень, да и сейчас люблю. В общем, это я к чему? На днях я сделал ДНК-тест. Не для себя сделал. Для меня-то это ровным счетом ничего не меняет. Я как любил Женьку, так и люблю, а вот для тебя самого это может оказаться решающим фактором. Так что знай, за кого ты теперь в ответе. Хоть я до последнего надеюсь, что твоя защита им не потребуется. Просто знай. На всякий случай. И на него же ссылка на Гугл Диске. Я, может, и облажался по полной, но кое-как все же подстраховался. Если Еве или Женьке будет что-то угрожать — используй эту информацию. Сам я не стал. Слишком много судеб она перемелет. Задействуй ее, только если другого выхода не останется.

И прошу, сделай так, чтобы Женя меня не забыл. Ему я был лучшим отцом, чем тебе, Никита. Оставайтесь с богом».

Пальцы касаются клавиатуры. Зачем? Я не знаю. Ну, не для того же, чтобы ему ответ написать, ей богу… А она почему-то мокрая. Неужели это все слезы? Рукой вытираю нос. Безжалостно закусываю дрожащие губы. Еще немного, и к слезам добавится кровь.