Няня поневоле (СИ)

Но тут мы с Марком берем дело в свои руки. Сын гулит и радостно улыбается папе, а я стараюсь просто не отпускать Сережкину ладонь. Так и ходим, как привязанные друг за другом.

— Нужно позвонить представителю Картье, — ехидно бросает он сегодня утром. — Может, есть какой фирменный девайс…

— О чем ты? — спрашиваю непонимающе. Муж чмокает меня в нос и заявляет с ухмылкой.

— Да нам с тобой нужно браслеты переделать в наручники. Кабы сразу такую модель заказали, избежали бы многих проблем.

Хихикаю, обнимая мужа за талию, и словно вся обвиваюсь вокруг крепкого торса.

— Мне действительно нужно присутствовать на этой встрече с Региной? — уточняю осторожно. Можно догадаться, о чем пойдет речь. Но когда говорят о первой жене, второй лучше держаться подальше.

— Да. Ты нужна мне, — рыкает хрипло Назаров. — Марка с мамой оставим.

Наблюдаю за холодным и чуть презрительным хищником, в которого превращается мой муж, стоит нам только переступить порог офиса. Слегка отстраненный и совершенно спокойный человек. Будто это не он сидел вчера с обезумевшим взглядом в избушке и смотрел на порнушные снимки — прямые доказательства измены.

В первый момент, войдя в дом, обмерла от отчаяния. Даже стало страшно. Неужели все-таки покойница выиграла?! Сама не знаю, как удалось сдержаться от попреков! Но пересилив себя, шагнула в комнату и топнула ногой. Может, это нас и спасло. Одно движение, один шаг навстречу, и жизнь снова заиграла яркими красками. А прошлое осталось в прошлом. Будто наяву вижу, как горит избушка на курьих ножках, как огонь пожирает толстые бревна. А значит, ни один клочок бумаги не уцелеет в разгулявшемся пламени. Превратится в тлен, унося в небытие все измены и подлости. Мы долго стоим на пригорке, наблюдая, как черный дым заполоняет округу и оранжевые языки рвутся в небо.

— Пора звонить егерям, — хмуро бросает Сережка Трофиму, когда пылающие остатки крыши падают внутрь. И, усадив меня на вездеход, лихо скатывается с горки.

Даже сейчас, по прошествии почти суток, мне все равно кажется, что запах дыма пропитался под кожу и прокоптил все внутренности.

Спрятав улыбку, любуюсь своим мужем. Он гладко выбрит, и синий свитер оттеняет глаза цвета океана. Мне хочется прогнать прочь эту противную бабу и броситься Сережке на шею. Зацеловать, заобнимать. Пусть рядом со мной и Марком забудет об этой гадине Веронике. Но такое не забывается. Никогда.

Небольшая пауза затягивается. И мы втроем внимательно смотрим на гостью. Трофим деланно кашляет, а Сергей выжидательно смотрит. Молчит. Словно оценив театральную паузу, старается переиграть.

— Почти все значимые активы Коля предпочитал записывать на меня, — выдавливает, наконец, Регина. — Я имею в виду имущество, которое зарегистрировано не в Никитске.