Шолохов. Незаконный

Как только стало светать, мне жена посоветовала залезть в большой гардероб и там просидеть до ночи. Так я и сделал. До 3-х часов дня всё было спокойно. Вдруг в 3 часа дня на квартиру приезжает второй секретарь Горкома т. Данилюк. Сидя в гардеробе, я слышу мужской голос: “Скажите, где сейчас Иван Семенович?” – обращаясь к жене. Жена дрожащим голосом говорит: “Я не знаю, где он”. – “Не может быть, чтобы вы не знали, где он. Вы меня не бойтесь. Я спрашиваю потому, что из ЦК звонили и обязали меня, чтобы я ему обеспечил выезд в Москву”. Жена опять твёрдо заявила, что она не знает, где я…»

«…решил, как только наступит ночь, уеду из Новочеркасска. Жена тоже мне советовала уезжать немедленно. Вечером, часов в 7–8, опять приехал Данилюк. Я сидел всё в гардеробе. Слышу его разговор с женой. Он ей говорит: “Звонят из Москвы из ЦК партии каждый час и требуют от меня, чтобы я Ивана Семёновича разыскал и направил в Москву, я вижу, что вы мне не доверяете. Я вас заверяю, что о моей встрече с Иваном Семёновичем никто знать не будет. Меня из Москвы об этом предупредили. Если он мне верит, пусть придёт в Горком часов в 11–12 и постучит мне в окно с чёрного хода с сада. Я его буду ждать в горкоме. Если же он мне не доверяет, то пусть едет в Москву. Я ещё раз заявляю, что о встрече никто знать не будет”».

Ночью Погорелов решился идти в горком. Постучался, его запустили. Зашёл в кабинет к Данилюку. Тот обрадовался.

– Ждал тебя! – говорит, а сам смеётся.

В этот миг зазвонил телефон.

Данилюк взял трубку:

– Да, я. Да, всё в порядке. Да, он здесь. Сидит у меня в кабинете.

Погорелов вскочил, решив, что Данилюк заманил и предал его. Но Данилюк сделал левой рукой останавливающий жест: погоди.

– Вот возьми трубку, – попросил он.

Погорелов взял трубку. Там успели произнести только:

– Товарищ Погорелов?

Он был совершенно убеждён, что это звонили из Ростовского НКВД.

– Да пошли вы все к грёбаной матери! – закричал Погорелов. – Да, я Погорелов! Я вас, сволочей, не боюсь теперь! Я о ваших блядских делах сообщил товарищу Сталину! Можете меня арестовать, я из горкома никуда не собираюсь бежать. Приезжайте, я вас жду, твари!

Развернулся к Данилюку и теперь уже его покрыл самым отборным русским матом. Как же он кричал! Какие удивительные слова находил! Сам не знал, что способен на такую ругань.

Данилюк дождался, когда Погорелов накричится, и наконец сказал:

– Ладно ты на меня кричишь. Только что по телефону ты послал по матушке секретаря товарища Сталина. С тобой говорил заведующий Особым отделом ЦК Александр Николаевич Поскрёбышев.

Вернувшиеся из Ростова Шолохов и Луговой некоторое время ничего не предпринимали. Вскоре Шолохову в почтовый ящик упала ещё одна анонимка: «Дорогой Михаил Александрович, мне поручили Вас убить.