Шолохов. Незаконный

В тот же день, а затем 8-го и 9-го «Известия» опубликовали три фрагмента из четвёртой книги «Тихого Дона». За его работой по-прежнему следила вся читающая страна. Страна ждала окончания шолоховских романов – но дождалась совсем другого.

Шеболдаев видел, как Сталин выбивает старых большевиков, среди которых были его давние товарищи, и чувствовал опасность. Поторапливал Люшкова, чтоб поскорее решил вопрос с вёшенцами. Люшков сам уже раздражался: он смог вылепить целый процесс троцкистко-зиновьевского центра, а тут его подчинённые с одной Вёшенской группой никак не могли разобраться.

Со временем в секретной папке «Друзья» накопилось уже 284 листа – целый фолиант по Шолохову, Луговому, Логачёву. Основными доносчиками выступали секретарь Вёшенского РК ВКП(б) Чекалин и ответственный редактор райгазеты «Большевистский Дон» Виделин. Чекалин метил на место Лугового, а Виделин предполагал, что он ничем не хуже Шолохова – но почему-то этого вёшенского недобитка публикуют в «Правде», а Виделина только в «Большевистском Дону»…

Первый в 1937 году донос на Лугового и отчасти на Шолохова был написан уже 2 января. Писатель ещё у ёлки сидел с младшим Мишкой на колене – а люди уже старались. Два листочка в клеточку: докладная записка М. В. Чекалина в адрес секретаря Азово-Черноморского крайкома компартии ВКП(б) Б. П. Шеболдаева.

Суть доноса, вкратце, следующая: Луговой и его товарищ Шолохов покрывают троцкиста Красюкова, не позволяя исключить его из партии. Доносчики сообщали о прегрешениях Красюкова: «УполЗаг СНК Красюков… говорил, что Троцкий хороший человек».

Это, между прочим, всё! «Говорил». И то не факт. Для доноса этого было явно достаточно. И вот они цедили: – «Луговой (секр. РК) говорил парторганизации, что РК принимает меры к проверке и сделает соответствующие выводы»

«Скоро будет два месяца с момента ареста фашистского последыша Красюкова, но последний до сих пор не исключён из партии и не выведен из состава чл. Бюро РК… С момента ареста Красюкова у Лугового какая-то тревога и непартийная насторожённость».

«Доклад Лугового на партсобрании 30/XII был беспринципный, что характерно, но он ни единым словом не обмолвился о решении ЦК ВКП(б) по Ростовскому Горкому ВКП(б), ни единым словом не обмолвился о разоблачении ряда троцкистов в Азово-Черноморской партийной организации, ни слова не сказал об аресте Красюкова».

«Отдельные коммунисты парторганизации возмущены линией РК в деле Красюкова и что они открыто говорят – “Красюкова всё равно выручат Луговой и Шолохов”.

Вообще нужно сказать, что Луговой по целому ряду принципиальных вопросов сползает с партийных позиций.

Мы считаем, что поведение Лугового и отдельных членов бюро РК в отношении Красюкова – антипартийное».