Ставка на невинность (СИ)

И кто меня за язык тянул?

Искусство на меня плохо влияет не иначе.

Вторник был занят корпоративом Бергмановской фирмы в честь ее пятнадцатилетия. За каким-то хреном до классического разлюли-малина под разбитные хиты прошлого в ближайшем ресторане втиснули культурную программу для сотрудников в новой картинной галерее.

Бродя по залу от шедевра к шедевру, прости господи, я злюсь, потому что меня сверлят не меньше десяти пар разъяренных женских глаз, и я все время прикидываю, кому из них перепало то, что мне не дали."

"Не выдержав взгляда одной настырной особы, которая за последние пятнадцать минут подсовывает свою корму Герману под нос уже десятый раз, постоянно роняя буклетик и нагибаясь, чтобы его подобрать, я собственническим жестом беру Бергмана под руку и прижимаюсь к нему:

– Милый, а почему нас в тот зал не пускают? – указывая на ограждение, с придыханием спрашиваю я так, чтобы слышала жопастая овца.

Бергман, хмыкнув, приобнимает меня за талию и шепчет на ухо:

– А там выставлено творчество Никиты Богданова, и для корпоратива оно не подходит.

Меня тут же начинает раздирать любопытство, и я тяну Бергмана смотреть, что там такое. Герман, не сопротивляясь, помогает мне пройти за ограждение, а там…

Мать моя женщина!

«Вчерашняя девственница отдаётся повелителю ночи», «Луна, освещающая порок», «Греховные мысли послушницы» …

Аж завидно. Художник отрисовал все со знанием дела.

И ведь никаких порнографичных частей тела, зато позы…

Да. После такого корпоратива половина состава через семь месяцев вышла бы в декрет.

Перед одной картиной я застываю.

– Что скажешь? Ты же у нас ценитель высокого искусства, – над самым ухом раздается вкрадчивый голос Бергмана.

– Ну… не очень натурально он ее… э… склоняет, – мне даже приходится поменять ракурс, чтобы рассмотреть.

– Тебе-то откуда знать? Ты же у нас девственница.

– Напоминаю, что я медик и неплохо знакома с анатомией, – поджимаю я губы.

Действительно, тела на картине сливаются в экстазе в довольно сложной позе, особенно мужчина. Хотя… в реальности я бы попробовала. Зная свое тело, могу сказать, что так я бы получила максимальное удовольствие.

– Если твой «поэт» на такое неспособен, это еще не значит, что нормальный мужик тоже, – усмехается Герман. – Но ты и не узнаешь, ты ж себя бережешь.

Я взвиваюсь мгновенно:

– Чтобы понять, что «нормальный мужик» так заморачиваться не будет, не обязательно спать с кем-то! Я достаточно знаю мужчин, чтобы понимать, что вы пойдете самым коротким и легким путем.

– Нихрена ты, Левина, мужиков не знаешь, – посмеивается Бергман.

И звучит это так, будто он каждое утро начинает с таких вот акробатических этюдов, и мне становится еще обиднее. Я-то не начинаю!

– Знаю-знаю, – фыркаю я.