Невидимые тени

 – Олешко потрогал остывшую чашку и с огорчением отодвинул ее. – Возьмем Любочку. Два раза разведенная бабенка, живет на алименты второго мужа в поисках третьего. В меру красивая, в меру ухоженная, избалованная и отлично умеющая притворяться. То есть выглядела она именно тем, кем и была – глуповатой пустой куклой, умеющей только тратить деньги и трахаться. Или вот последняя, Юля. Деловая, целеустремленная, очень дорого одетая, всего сама добившаяся – и эта выглядела тем, кем была, потому подозрений не вызвала, как и желания ее дактилоскопировать и прогнать по базе.

– А Майя выглядит не тем, кем является? – Матвеев в раздражении пнул диван. – И каким образом никто этого не заметил, кроме тебя?

– Потому что никто не знал о ней того, что знал я, а тот, кто знал, не придал этому значения. – Олешко откинулся на спинку дивана и посмотрел на Матвеева в упор. – Я твой начальник службы безопасности, Максим Николаевич, и я делаю свою работу, даже если тебе это не нравится. А еще я – твой друг и не позволю, чтобы с тобой стряслась беда только потому, что я решал, этично или неэтично сделать то, что я обязан сделать и по долгу службы, и по долгу дружбы. Майя выглядела подозрительно с той самой минуты, когда я узнал, кто она такая, потому что она не могла быть тем, кем себя заявила.

– Паш, ты совсем меня запутал.

– Это потому, Никуша, что вы оба мыслите как обычные люди, а я мыслю как начальник службы безопасности. Когда я увидел Майю, она выходила из гостевой комнаты. Мне сказали, что это твоя гостья, Максим Николаевич. Я обратил внимание на очевидные достоинства дамы и порадовался за тебя. Потом я – так, для порядка – поинтересовался, откуда такая красота прибыла в наш порт, и наивная девочка Лиля вывалила мне всю невероятную историю с тортом. По ходу отвечая на мои наводящие вопросы. Если бы милейшая Лилечка была постарше и поопытнее, она бы тоже почувствовала диссонанс, ведь ее ответы и то, что мы видели, не сходились. Остальные же просто не знали о гостье того, что знала Лиля и теперь знал я, а потому я забеспокоился и присмотрелся к гостье получше. Итак, что я увидел: ухоженное лицо, руки и кожу. Джинсы – неброские, но очень дорогие. Мокасины от известной фирмы. В ушах – два маленьких бриллианта. Волосы вымыты хорошим шампунем, безупречно ухожены, от кожи исходил едва уловимый запах духов – несомненно, дорогих. За столом гостья вела себя безупречно, поддерживала разговор, несколько раз перешла на английский – в беседе с Мареком. Когда подали французские блюда, не задумываясь, взяла вилку для устриц. Я сам эти гадские вилки путаю, она же выхватила нужную автоматически. При этом мне сказали, что выросла она в интернате, работает дворником и разнорабочей в супермаркете, учится на парикмахера и маникюршу.