Невидимые тени

Я вывез их из города и спрятал.

– Паш! – Ника удивленно округлила глаза. – То-то Марек перестал отчет требовать, а я и рада!

– Так нужно. – Павел посмотрел на Майю. – Что ж, похоже, ты в шаге от того, чтобы вернуть себе прежнюю жизнь.

– Мне и нынешняя нравится. – Она с улыбкой повернулась к Матвееву. – Я подумаю, стану ли что-то доказывать или возвращать.

– Ради Леонида – станешь. – Максим говорит это ей, и сердце его теплеет. – Ради его памяти. И мы все тебе поможем. Я его должник. Если бы он не погиб, ты никогда бы мне не досталась.

Майя понимает, что Максим прав. Если бы Леонид остался жив, у них уже был бы ребенок, а может, и двое. И она жила бы в том мире, который Леонид построил бы для нее, как Алиса в Зазеркалье – в мире, которого на самом деле не было. Но она бы никогда об этом не узнала.

– Но что теперь будет? – Булатов собрал карты. – Что он сделает?

– Он знает, где мы находимся, его спецы уже отследили сигнал. – Павел мысленно в нетерпении потирает руки. – И они попытаются проникнуть сюда. Думаю, подтянули частное охранное агентство из разряда тех, что не гнушаются грязной работой.

– Михалыч, нам именно это и надо. Потому что с другой стороны на всех парах сюда едет Вася-Математик. Он тоже отследил звонок Возницына и знает, где он находится. Так что будет весьма непросто сделать так, чтобы только один из этих джентльменов остался в живых, что нам нужно позарез. Двое нам ни к чему, это затянет судебное разбирательство. А потому я тоже попросил помощи – в своем бывшем агентстве, и мне эту помощь предоставили.

– Что?! – Ника возмущенно подскочила. – Снова твои одинаковые негодяи?

– Не такие уж они и одинаковые, Никуша. – Павел примирительно поднял руки. – Но если начнется пальба, нам придется изъять полицию из уравнения, мы же не хотим нежелательной огласки? Тем более, что мои ребята хоть и хороши в деле, но я вовсе не хочу, чтобы потом пришлось ходить на допросы и писать горы показаний. А моя бывшая контора заткнет всех с лету, и полиция отвернется и будет смотреть в сторону столько, сколько нужно.

– А взамен? – Панфилов тасует карты. – Не за так же они будут стараться.

– Конечно. – Павел ухмыльнулся. – Дело в том, что господин Дробышев обидел весьма влиятельного человека. По старой бандитской привычке, помноженной на неприкосновенность миллионера, решил, что он тоже большая куча дерьма и может вести себя так, как ему вздумается. Но человек оказался злопамятным, а связи его – впечатляющими. И теперь некоторые бизнес-проекты Математика будут проходить под совсем другим флагом.

– Какое негодяйство! – Ника в сердцах швырнула журнал.