Преданная. Невеста (СИ)

– Слав… Так много предложений… Давай не спешить.

Мямлю и сама понимаю, что звучу невразумительно. При желании додавить меня легко. Только зачем? Зачем, если это не нужно ни ему, ни уже мне?

– Подумай, Юль. Если тебе важно – давай.

Киваю и упираюсь глазами в принесенный мне салат.

Чувствую во рту горечь, хотя горького не ела и не пила. Куда охотнее верится почему-то только в худшее.

На столе сменяются блюда. Мне в бокал то и дело подливают вино. Слава сегодня на удивление общителен. Я то и дело зависаю на его ямочках. Когда в последний раз их видела?

Когда он в последний раз так обольстительно мне улыбался?

Почему он не развивает тему моего телефона? Цветов? Почему я сама ведусь на него, а не продолжаю свой план?

После ресторана мы снова садимся в машину. Едем по городу. Просто катаемся.

Болтаем. Я пьяная. Позволяю себе больше, чем раньше.

Нервный комом, в который я превратилась, потихоньку расслабляется. Мозг отзывается на это миганием яркий сигнальный огней.

Но мозг тормозит алкоголь… Он все продумал. Ч-ч-черт.

На мое колено ложится увитая выпуклыми венами рука. Я не сбрасываю. Он гладит кожу – позволяю дрожать чему-то за ребрами. Накрываю своей. Тоже глажу.

Он бросает наблюдение за дорогой – подаюсь навстречу. Скольжу пальцами от висков к волосам. Сжимаю бедрами поднявшиеся к кромке белья пальцы. Целую своими пьяными губами его губы. Тихонько стону и втягиваю язык. Посасываю. Он дергается назад, как обжегшись.

Сжигает взглядом. Сжирает взглядом.

Газует сильнее и гонит в сторону своего дома.

Я не была тут больше двух недель. Я очень боялась сюда вернуться. Мне казалось, это будет мерзко, унизительно. Противно. Но сейчас я тоже тороплюсь. Я вместе с ним гоню.

Изнываю от нетерпения в лифте, чувствуя кожей раздевающий взгляд. Послушно беру из рук мужчины ключи и открываю квартиру, пока он гладит мои бедра через ткань и целует в шею сзади. Дышит в затылок. Бодает носом в висок. Толкает вглубь.

Разворачивает, подхватывает на руки.

Дверь снова закрывается с грохотом, но этот не бежит по позвоночнику страхом.

Ужасно, но я до сих пор чувствую происходящее вот сейчас органичным.

Подаюсь к нему навстречу. Поощряю наш порочный поцелуй.

Слава пытается снять с моего плеча сумочку, но я придерживаю.

– Нахуя она тебе? – Спрашивает, продолжая жечь ресницы огненным взглядом.

Цветы остались в машине. Мне кажется, там и умрут. Мы о них забыли.

В машине же осталось и его напускное душа-компании настроение. Сейчас я вижу на глубине глаз нетерпение. Возможно, раздражение. Возможно, злость.

Он смаргивает и выдает тихое: «заебало уже». Но не усугубляет.

Несет меня в спальню. А я позволяю.

И сама не знаю: хочу протрезветь или нет. Хочу секса или нет.

Под моим телом пружинит матрас. Из света – только ночники над тумбами.