Невеста эльфийских кровей

Лошадка испугалась воды и отказалась входить в нее, невзирая ни на плеть, ни на уговоры.

Ринка перевела взгляд с одного на другого. Оба мужчины застыли, скрестив взгляды, как два меча. Казалось, еще чуть-чуть – и ни бросятся друг на друга, выхватив клинки из ножен.

Брент мог бы одним ударом кулака вогнать тонкокостного капитана по горло в палубу. Но ему не справится с десятком илитиири, тем более что у каждого из них над плечами торчат рукоятки парных мечей-сиракир.

– Подождите! – она вскинула руку, не уверенная, что ее кто-то услышит.

Но мужчины оглянулись. Брент спокойно и даже отстраненно. Шаркнар удивленно.

– Я не знаю, что происходит, – заговорила девушка под их взглядами, – но раз уж мне плыть на корабле, то я хочу, чтобы рядом был кто-то, кого я знаю и кому доверяю. И это не вы, эрл Шаркнар, – она опустила глаза, – простите, но вас и ваших людей я вижу впервые.

На палубе воцарилась тишина. Был слышен только свист ветра в снастях, скрип шпангоутов да шум волн за бортом.

Наконец, тонкие губы капитана дрогнули в полуулыбке:

– Что ж, не смею перечить. Каюта светлейшей аэри на юте. Тебя, уркх, ждет койка в кубрике.

– Субординация, аэри, – он склонил голову. – Вы не знаете наших обычаев и традиций, так что вам это простительно. Но он знает и обязан им подчиняться так же, как и все мы.

Ринка перевела на Брента беспомощный взгляд.

Какие обычаи? Какие традиции? Он ничего ей не говорил!

Она уже открыла рот, собираясь возразить, но тут уркх сам произнес:

– Не надо. Он прав. Я провожу вас к каюте, аэри.

Вас? Аэри? Что все это значит? Почему он говорит с ней так, будто они незнакомы?

В его глазах вспыхнул предостерегающий огонек, и девушка проглотила слова, готовые сорваться с губ.

Капитан не стал возражать, но отправил с ними двух илитиири. Те шли в отдалении, но что-то подсказывало: слух у них такой, что они спокойно расслышат каждое слово, вздумай она пошептаться. И все же Ринка не могла не спросить:

– Что происходит? Прочему все так странно себя ведут? Особенно ты?

– Простите, аэри, – мужчина отвел глаза, – мы больше не на землях людей, и вы больше не сирота-полукровка. Я обращаюсь к вам так, как того требует ваш титул и мое воспитание.

– Титул… Воспитание… О чем ты?!

– У меня нет права обсуждать с вами на эту тему. Возможно, вы узнаете больше от капитана.

Они остановились возле резных дверей, ведущих в каюту рядом с капитанской. Брент поклонился, намереваясь уйти, но Ринка остановила его:

– Подожди! А как же… как же… – ее глаза наполнились слезами, взгляд зашарил по его лицу, ища хоть какие-то признаки того Брента, с которым она провела столько дней. – Ты же все еще мой супруг?

– Нет аэри. Я не ваш супруг и никогда им не был.

– Как?! – от резкой боли в сердце она схватилась за грудь.