Невеста эльфийских кровей

За ширмой оказалась деревянная бадья, наполненная водой едва ли не до краев, а за ней скромно примостился стульчак, накрытый лакированной крышкой.

Что ж, раз ее ждали, то грех не воспользоваться гостеприимством. Хотя, вода наверняка давно остыла…

Девушка коснулась пальцем воды, ожидая, что та еле теплая. Но от ее прикосновения вода вдруг зашипела, наполнилась пузырьками и пеной, и стала приятно-горячей. А еще по каюте разлился запах магнолии.

Ринка не стала отказывать себе в удовольствии. К тому же, это был лучший способ привести чувства и мысли в порядок. Быстро скинув грязные тряпки, она помылась. Пенная вода каким-то чудом смыла с нее всю грязь, сделала кожу чистой до скрипа, а волосы мягкими и шелковистыми.

Покончив с купанием, девушка переоделась в приготовленный наряд. Он состоял из атласного платья и нижней юбки. У платья был непривычный фасон: длинные узкие рукава у плеч превращались в «фонарики», пояс шел под грудью, а из разрезов на каждом шагу нескромно выглядывала расшитая серебром нижняя юбка.

Там же, на кресле, оказался и плащ из темно-зеленого бархата, подбитый пушистым мехом. Ринка накинула его на себя, машинально обула свои старые туфли и вышла на палубу.

Ночь встретила ее солеными брызгами и шорохом волн. Бриг летел по водной глади, точно стрела. Ветер наполнял его паруса.

Она подошла к краю борта и глянула вниз. Голова слегка закружилась.

Где-то там, с матросами-илитиири, сейчас спал Брент. Знал ли он, догадывался ли о ее чувствах?

Поддаваясь порыву, Ринка закатала рукав на левой руке. Что бы Брент ни говорил, а свидетельство их союза вот оно, никуда не делось. Можно отказаться от клятв, можно обмануть глупую девушку. Но богов не обманешь. Они не простят.

Погладив шрам указательным пальцем, Ринка тихо произнесла:

– Пусть Пресветлая Орриет будет моим зароком. Я не откажусь от клятв, пусть даже не помню, как их давала. Но если он откажется от них при свидетелях, что ж… совесть ему судья.

Каждое слово давалось с трудом. Она буквально выталкивала их из себя, точно сухой песок.

Замолчав, облокотилась на поручень и уставилась вдаль.

Только когда капитан подошел в третий раз, почти умоляя вернуться в каюту, она молча ушла.

За ней пришли незадолго перед рассветом. Сначала раздался скромный стук в дверь, потом тихий голос:

Ринка поднялась. Поправила платье. В эту ночь она почти не сомкнула глаз. Мысли, роящиеся в ее голове, не давали уснуть.

За дверями стоял Дерэйден. Увидев девушку, он поклонился.

– А где Брент? – она поискала глазами уркха, но того нигде не было видно.

– Он сошел раньше, в заливе Релльях.

– Он… он – что? – Ринка задохнулась прохладным предутренним воздухом, схватилась за горло.