Хрустальная невеста

Поэтому некроманты пьют кофе и крепкие травяные чаи.

В подготовке к ритуалу я не участвовала, но с удовольствием разделила с драконом вкуснейший напиток и сейчас затаив дыхание наблюдала, как он разводит порошок, смешанный с прахом Охотника, и готовится рисовать на полу руну призыва.

Защитный контур он закончил, теперь в центре комнаты светилось кольцо из замысловатых иероглифов и тускло горящих свечей. Хоть что-то совпало с моим представлением о ритуале!

Впрочем, само зрелище и впрямь завораживало, вопреки внешней простоте. Подозреваю, дело было не только в заклинании, но и в самом некроманте. Готовясь к призыву, Владыка снял форменную куртку, оставшись в чёрной шёлковой рубашке, и закатал рукава, обнажая перевитые жилами предплечья. А ещё разулся, объяснив это тем, что некромантам важно чувствовать связь с землёй, даже если ритуал проводится в помещении.

И сейчас, глядя на босого дракона с банкой краски и кисточкой в руках, я думала отнюдь не о древних тварях и таинственных плетениях. Отчего-то казалось, что мы сидим в художественной мастерской и вместо рун на полу он собирается написать сказочный пейзаж.

– Аргвар, а ты рисовать умеешь? – я задумчиво куснула губу, пытаясь отогнать дивное видение, но с каждой минутой оно усиливалось.

Движения Владыки были не только выверенными и точными, но и плавными, словно он привык держать кисть наравне с клинком.

– Умею, – рассмеялся дракон.

Оу!

– В моём замке много набросков и законченных картин, – продолжил, не отрываясь от работы, – если захочешь посмотреть…

– Захочу!

– Договорились, – по комнате вновь разлился чарующе-хриплый смех, – но при одном условии.

– Условии? – растерянно переспросила.

– Ты согласишься мне позировать, – в сапфировых глазах дракона вспыхнули лукавые искры. – Хочу написать твой портрет.

Одна фраза, совершенно невинное предложение, но сердце пустилось в пляс, а дыхание перехватило от смущения и штормовых эмоций. Я не раз позировала для придворных художников, но это были официальные портреты, а рядом с Аргваром всё воспринималось иначе. Ярче, острее…

Казалось, дракон будет рисовать не портрет, а мою хрустальную душу. Внезапно пришло осознание, что я не хочу отказываться, а, наоборот, готова полностью открыться и позволить нарисовать даже мои крылья.

Для фэйри это высшая степень доверия и близости, которую только можно представить. И Аргвар не раз доказал, что достоин этого.

– Согласна, – улыбнулась я.

– Прекрасно! – Владыка отсалютовал мне кистью и поднялся с пола.

Он уже закончил последнюю руну и хотел сказать что-то ещё, но настенные часы пробили полночь.

Пора начинать.

– Лори, ничего не бойся, – Аргвар вмиг посерьёзнел, – дух…

– Помню, не опасен.