Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Вздрогнула повторно и заметила, как очень мерзкие ухмылки расплываются на рожах присутствующих здесь тар-энов. Они знали, что я приду, и думают, что знают о дальнейших событиях.

– Молчишь? – Отвратительно мерзкие у Дьяра губы все же, так и тянет ухо вытереть. – Не молчи, Киран, расскажи-ка нам всем, как ты обставила Нрого, чтобы отдаться первому встречному. И можно в подробностях, будет любопытно послушать… в процессе.

– В процессе чего? – Да, я все еще старалась сдерживаться, но вопрос вышел злым.

Рука тар-эна плавно проникла под ремень моих брюк. Ну, в одном все воины одинаковы – прямолинейны до одури! Ну и все, на этом мое терпение закончилось.

– Дьярррр, – чуть ли не прорычала я, – хочешь совет?

– По поводу позы? – поинтересовался он, опуская руку все ниже.

Смешок и шепот в ухо:

– Не связывайся со мной, Дьяр, не советую! Я злая бываю!

Он рассмеялся и прошептал:

– Ты, Киран, станешь сейчас очень, очень, очень возбужденная. И запах твоего желания начнет витать по всему подземелью. Отец, конечно, будет недоволен, но разве может воин противостоять столь сильному аромату желания идеально подходящей для него женщины? Меня оправдает даже эйтна-хассаш.

И тут до меня дошло очевидное.

– Значит, папик не в курсе всего этого? – с деланым удивлением переспросила я.

– Он занят – оправдывается перед повелителем, – промурлыкал воин, продвигая руку еще ниже, – а ты отправишь Икаса погулять, не так ли, Киран? Иначе придется полюбоваться тем, как подыхает твоя ручная крыска.

Я мрачно кивнула и сделала последнее предупреждение:

– Дьяр, ты очень сильно об этом пожалеешь.

Тар-эн вытащил руку из моих брюк, рванул меня, разворачивая к себе лицом, и прорычал:

– Прикажи зверю оставаться за дверью, Киран, и тогда больно тебе не будет!

Ну да, дверь стальная, такую Икасу при всем своем желании не сломать. Впрочем, я и не собиралась подчиняться требованию Дьяра. Вести переговоры с шантажистами было ниже достоинства кадета Космического университета.

– Икас, – позвала я, а едва морда зверя ткнулась в мою ладонь, отдала приказ: – Лишить сознания, всех.

И в ту же секунду, как взметнулся снежный буран, я с наслаждением приложила к груди Дьяра шокер. Правда, надо отдать ему должное – воин не повалился на пол, как один из МакОратов, он просто стоял и трясся, старательно пытаясь отлепить хрень от своей кожи трясущимися руками. И когда я прицепила второй, Дьяр затрясся сильнее, но опять же не упал, сохраняя равновесие из последних сил.

– А самое странное знаешь что? – и не рассчитывая на ответ, пробормотала я. – Мне тебя как-то совсем, даже ни капельки не жаль, Дьяр. И тебя ждет очень-очень-очень большой позор, малыш, после которого от твоей чести ничего не останется.