Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

— А как же Германия? Больница? Твоя карьера? — засыпаю его вопросами под треск поленьев и мерное мурлыканье кошечки.

— Насрать, — неоправданно грубо, но я привыкла. — Без тебя мне ничего не надо.

— Предлагаешь жить в этой глуши? — повторяю завороженно, вновь укутываясь в его теплые объятия, как в одеяло. — В тишине и спокойствии, где нас никто не потревожит, — продолжаю мечтательно. — Вдали от общества. От всего мира…

— Да ну его на хрен, такой мир, если он пытается отнять тебя! — разочарованно выплевывает Демин.

Он нервничает, иначе бы не ругался. Боится разрушить наше хрупкое перемирие неверным словом или поступком.

Я, наоборот, спокойна и умиротворена.

Не прекращая улыбаться и плавиться от близости любимого человека, я с нежностью провожу ладонью по его груди. Чувствую, как бешено колотится сердце. Как тяжелая мужская рука накрывает мою. Сжимает и впечатывает себе между ребер.

И слышу, как тихо шелестит над макушкой самое главное признание:

— Ты мой мир, Амина.

Глава 26

Герман

Все эти дни я пытался доказать Амине, что мои слова — не пустой звук. Я намерен бороться за нас до конца. И о том, что готов осесть с ней в поселке, я не шутил. Неважно, где жить. Главное — с кем.

Как только моей будущей мамочке стало лучше, мы начали изучать объявления и расспрашивать местных о домах на продажу поблизости. Выбор достойных вариантов оказался невелик, и сейчас мы вместе приехали смотреть один из них. Я решил, что всё отныне мы будем делать сообща, как одна семья, пусть даже Амина упрямится.

Однажды я уже покорил эту неприступную крепость — и сделаю это снова. Потому что она моя. Единственная.

— На первом этаже три комнаты, санузел, кухня-столовая. Наверху мансарда, — вещает, размахивая руками, молодая хозяйка дома. — Проходите, я все покажу.

Стрельнув в меня кокетливым взглядом, она манит пальцем за собой и плавно поднимается по лестнице, виляя бёдрами. Амина хмурится, пристально наблюдая за ней. Ревнует, но старается не подавать вида."

"Неужели моя рыжая бестия не понимает, что эта случайная деревенская баба даже в подметки ей не годится? Впрочем, она имеет право не доверять мне. После всего, что случилось между нами, мне ещё долго отмываться. Если не выясню, откуда у меня сын, то до конца дней. Надежда тает, зато Амина всё больше привыкает к Мишке.

— Как тебе, любимая? — наклоняюсь к её уху и, шепнув пару нежностей, целую в секретное местечко за мочкой. Бархатная кожа шеи тут же покрывается мурашками.

Глубоко вдохнув, веду носом вверх к виску, прижимаюсь к нему губами. Напитываюсь неповторимым ароматом моей женщины. Чувствую, как она расслабляется и поддается мне, а сам, наоборот, крепче обнимаю её за талию. Не отпущу.