Неверная

У них ведь свадьба, такая радость…

Но больше это мероприятие походило на поминки, гости в чёрном тихо сидели за своими столами, тамада даже и не пытался их развеселить, просто вызывал по очереди желающих поздравить молодожёнов, те скомкано читали свои слова с открыток, дарили подарки и тут же садились на место. Они все были прекрасно осведомлены, что пока старшая сестра выходит замуж, её младший брат лежит в морге со всей своей семьёй.

Артемида приложила ладонь к груди, где защемило сердце от своей боли и жестокости мужа. Юра запретил ей и дочерям заниматься похоронами:

— Пусть их хоронит кто-то другой, раз от нашей семьи он отказался.

Ковалевская взглянула по очереди на своих дочерей, они не блистали умом, красотой или яркими талантами, и всё же она ими гордилась. Её девочки были куда лучшими матерями, чем она сама. Каждая из них души не чаяла в своих детях, старались дать им хорошее образование и развить имеющиеся таланты. Сейчас взгляды всех троих сестриц были устремлены только на отдельный стол, где сидели все внуки четы Ковалевских. Девочки в чёрных платьях, мальчики в смокингах и бабочках, как и все взрослые. Старшему внуку было девятнадцать, младшей внучке девять. Они все будто чувствовали тревогу своих матерей и постоянно ёрзали на месте, поглядывая каждый на свою маму.

Артемида перевела взгляд в сторону невесты, Луиза в белом платье, в котором она была похожа на огромный кусок торта, даже не смотрела на своего мужа, что был одной ногой в могиле, а всё же пытался залезть на супружеское ложе с новой невестой. Луиза вдруг тепло улыбнулась и сделала жест рукой, её младший сын тринадцати лет повторил этот жест и расплылся в красивой улыбке, будто освещая ею черноту вокруг себя. Он был глухонемой с двух с половиной лет. Луиза не только выучила язык жестов сама, но и заставила сестёр и племянников сделать то же самое, чтобы её сын не рос в вакууме тишины среди родственников. Юра считал мальчика откровенным отбросом семьи и кривил лицо, когда замечал безмолвный разговор между внуками за столом. Артемида так и не выучила язык жестов, но точно знала, что Луиза сказала только что своему сыну самые важные слова — «я люблю тебя». Ковалевская так и не смогла их из себя выдавить в сторону сына, но его последние слова в её адрес всё ещё звучали у неё в голове…

Ковалевская взглянула в сторону мужа, по левую руку от него сидел самый страшный сбывшийся наяву кошмар её жизни — новый наследник состояния семьи Ковалевских. Он осматривался вокруг и хищно скалился похожей на отца ухмылкой, из-за этого мужчины участь её сына была предрешена. Артемида не справилась со своей задачей — пока Влад был единственным сыном и наследником, он был в безопасности.