Неверная

— Это в первый и в последний раз, Ида, за твою глупую выходку со снежинками… — глухо раздался голос мужа у её груди.

— Я не знала, знаешь ли ты, что я здесь… Мы здесь… — всхлипнула она, роняя слезки ему в волосы. — Я думала, этот Пернатый решил опять поиграть, из тебя то актер ещё более никудышный, чем из меня… Ты ведь знал, что с нами всё хорошо? Ты ведь знал?! Скажи честно…

— Знал, малышка… — соврал ей Влад.

Он только догадывался, а ещё больше надеялся на Филина, который клятвенно заверил его, что с их семьей ничего не случится, пока он будет где-то рядом, но эти клятвы были даны еще в начале осени, всё могло измениться. Хотя он и чувствовал будто чье-то незримое присутствие в своей жизни и его это успокаивало.

Четыре дня без своей жены и детей Влад слонялся по дому и время от времени смотрел в окна по ночам. Он заметил, что в доме через забор, что был под арестом с прошлого года, кто-то поселился. В окнах второго этажа то и дело загорался свет вечерами, но никого не было видно сквозь плотные занавески. За день, то того, как его навестила мать, он увидел нечто, что заставило его провести целый час, тупо пялясь на пять кружков белой бумаги, что ярко выделялись на фоне темного окна. Вчера их тут не было, точно знал он. И только через час он начал понимать, что когда Филин сказал ему, что будет рядом, это означает в прямом смысле рядом через забор. И, кажется, его семья из четырех человек тоже там, ждут только пятого.

Ида оттолкнула мужа от себя и уселась к нему на колени, широко расставив ноги, обняла ладошками за лицо и заглянула ему в глаза, Влад подумал, что сейчас будет пытать, всё таки не поверила.

— Я люблю тебя… — дрожащим голосом сказала она. — Я тебе ни разу этого не сказала, за всё это время. Я такая дура…

— Зато из нас получилась отличная пара — я идиот, ты маленькая дурочка. — счастливо улыбнулся он, — Может дети хотя бы будут умные? Минус на минус даст плюс.

Ида улыбнулась, потеревшись носом о свой любимый из всех носов нос.

— Всё закончилось, любимый?

— Почти, моя маленькая Ида, почти…

*****"

"Артемида Павловна Ковалевская, всё ещё в девичестве Покровская, огляделась вокруг, это была не свадьба, а будто чёрная месса. Дресс-код для гостей был чётко прописан в приглашении — джентельмены в смокингах, дамы только в чёрном. Юра на этом настоял. Уже тогда знал, к чему всё идёт — к завершению его грандиозных замыслов по уничтожению собственного сына и его семьи. Артемида судорожно вдохнула, сидя по правую руку от своего мужа, который запретил ей и дочерям сегодня плакать.