Лесной глуши неведомые тропы

Мы уйдем, двуногая сестра. Но ненадолго. Мы не можем уйти насовсем. Мы должны быть близко.

Он отпрыгнул мощным, пружинистым прыжком, и за ним последовала вся стая. Я так и села на снегу, не понимая, о чем пытался сказать волк, только вот спрашивать было поздно.

Должны быть близко? Близко к чему? Или к кому?

***

Когда я вернулась в избу, осторожно раздевшись и разувшись еще в сенях, чтобы не топтаться по горнице, Энги все так же мирно спал. Меня же качало от усталости: уже близился рассвет, а я все еще была на ногах. Юркнув в постель и натянув на голову одеяло, я заснула раньше, чем моя голова успела коснуться подушки.

И уже в следующий миг проснулась от того, что Энги с силой тормошил меня за плечо.

— Илва! Проснись!

Я с трудом разлепила свинцовые веки и часто заморгала от назойливого утреннего света.

— Что случилось?

— Что случилось?! — Энги сделал свирепое лицо. — Это ты мне должна сказать, что случилось! Почему твои сапоги еще мокрые, а за воротами появились свежие следы? Ты ночью ходила в лес?

Больше всего в этот миг мне хотелось снова накрыться одеялом и досмотреть свой сладкий сон, а не отвечать на неприятные вопросы.

— Ходила, — призналась я нехотя — скрывать толку не было.

— Ты предупредила волков?

— Предупредила. И они ушли. Вам их не догнать.

Энги побагровел, схватил с подоконника светец и с громким рыком запустил его в заслонку печи. Заслонка, конечно же, рухнула на пол, отозвавшись в голове резкой болью.

— Надо было привязать тебя к лежанке, — его голос теперь и впрямь походил на звериный рык, и я в страхе натянула одеяло до подбородка.

— Надо было дать мне уйти вчера днем.

— Мы все равно пойдем. И выследим их.

— Не догоните.

— А это мы еще посмотрим, — он в сердцах пнул злополучный стул и принялся яростно застегивать на себе ремень.

— Ты когда-нибудь доломаешь эти стулья, — со вздохом сказала я, приподнимаясь на локте.

— Поломаю — сделаю новые, — буркнул он в ответ. — А с тобой мы позже поговорим, когда вернусь.

— Как скажешь, — еще один вздох вырвался из моей груди, и я опасливо покосилась на жениха: не станет ли распускать руки?

Но Энги ушел, сердито сопя, поругиваясь себе под нос и нарочно гремя железом как можно громче. После его ухода я попробовала было уснуть снова — от бессонной ночи ломило виски — но вскоре поняла, что это бесполезно. Вздохнув, я подбросила в печь дров, умылась, выпустила на прогулку курочек, задав им корму, неспешно позавтракала и села за шитье.

Солнце уже встало высоко, когда в наружную дверь тихо постучали.

Я спрыгнула с лежанки, на ходу потягивая затекшую спину, обулась и вышла в сени.

— Келда? — от удивления мои брови поползли вверх. — Здравствуй. Не ожидала тебя увидеть. Что-то случилось?

— Ничего, — девушка смущенно улыбнулась.