Драмы больше нет

Я шевельнула бедрами, потом ещё раз, и мы вместе зажмурились от удовольствия. Я закусила губу. В этот момент мне было всё равно, что он говорит. Я не вдумывалась в его слова. Меня уносило волной удовольствия, мои ногти чертили круги у Федотова на груди, путались в жестких волосках. Я делала один глубокий вдох за другим, пытаясь оттянуть оргазм.

– Ты бываешь жутко вредной девчонкой, ты знаешь? – продолжал он с насмешкой. – Ты меня специально злишь и доводишь. Сознайся.

– Заткнись, – попросила я. О чем, вообще, можно разговаривать в такой момент?

Ромка хрипло засмеялся. Притянул меня обратно к своей груди, крепко поцеловал в губы. Его пальцы впились в мои бедра, приподнимая, он начал двигаться быстрее, а я застонала громче. Попыталась приподняться на руках, а он меня обнял и снова прижал к своей груди, лишая меня возможности шевелиться. И двигался, двигался. Я тяжело дышала, уткнувшись носом в его шею, потом задрожала, вцепилась в его волосы. Ромка замер, давая мне передышку, тоже тяжело дышал. А сам гладил меня по спине. Гладил, гладил. Я лежала на нем, зная, что у меня всего несколько секунд прийти в себя. Я лежала на нём и думала о том, что люблю его. По-прежнему люблю.

И о том, что я, наверное, настоящая дура.

ГЛАВА 9

– И что? – спросил Федотов.

Я пожала плечами.

– Ничего.

Встала, подобрала своё бельё с пола. Ромка лежал, раскинувшись на постели, заложив руки за голову, и наблюдал за мной. Я на него всё-таки посмотрела, но мне лишь вздохнуть захотелось. Опять я сотворила глупость.

– Насть, я хотел с тобой поговорить.

– А мы разве не поговорили? – Я спряталась за дверью ванной комнаты. Посмотрела в зеркало на свою раскрасневшуюся физиономию. Щёки горят, глаза горят, даже уши пылают. Ну, вот что мне с собой делать?

– Ты говорила. А меня ты совсем не хочешь слушать.

– Я знаю, что ты скажешь. И в этот раз ты меня не удивил.

– Ты злая, – обвинил он, правда, без злости.

Я усмехнулась, глядя своему отражению в глаза. А Федотову сказала:

– Пусть.

Я надела белье, собрала волосы в узел. Из ванной вышла, Ромка уже сидел, привалившись спиной к стене, руки на груди сложил. Я вышла, и он на меня уставился.

– И что? – повторил он свой риторический вопрос. – Тебе кажется это нормальным?

– Что?

– Ну, спать со мной, потом одеваться и убегать.

Я наклонилась за платьем.

– Я сплю с тобой, Федотов, без преувеличения, раз в год. И не сбегаю после, а скрываюсь с места преступления.

– Подумать только, – протянул он насмешливо. Потом позвал: – Насть, иди ко мне.

Мои руки, застёгивающие пуговицы на блузке застыли, я снова на Ромку посмотрела. С сожалением. И честно сказала:

– Не хочу.

Он разозлился.