Непогода

Сердце бьется, подскакивая до горла, в висках сумасшедше пульсирует кровь; медленно я вспоминаю, как дышать.

Кофеварка издает требовательный писк. Содрогнувшись всем телом второй раз за несколько минут, я наконец полностью возвращаюсь в действительность. Разлив кофе по кружкам, спокойно ставлю посуду на стол и после занимаю свое место, пока Антон раскладывает приборы.

Завтрак, твержу я мысленно, просто завтрак. И ничего кроме.

– Ты работаешь сегодня? – спрашивает Антон, усаживаясь напротив меня.

В его облике нет и намека на волнение, будто сегодняшнее утро ничем не выделяется среди многих других. Наверное, не будь мне известно о смерти его отца, я не заметила бы ни потухших глаз, ни пропитавшего его фигуру напряжения.

– Нет. – Я качаю головой. – Тебя… отпустили?

– Да. Дали неделю. – Лицо Антона мрачнеет, и я тут же жалею, что напомнила ему о смерти отца. – После завтрака возьму билет.

– Ты не звонил маме?

– Еще нет. – Он делает глоток кофе и вновь фиксирует свой взгляд на мне. – У меня есть к тебе просьба.

– Да? – отложив вилку и нож, я сосредоточенно выпрямляюсь на месте. – С чем нужно помочь?

Лицо Антона принимает странное выражение. Слабо угадываемое в изменившихся чертах сомнение сменяется решимостью, а после – озадаченностью. Он будто не знает, как озвучить собственную просьбу.

– Они… – Антон прокашливается. – Мать не знает, что мы разводимся.

Я невольно хмурюсь, услышав его слова. Меня ничуть не удивляет неосведомленность свекрови: вполне в духе Антона держать подробности своей жизни в секрете от всех, – я лишь не понимаю, к чему он пытается подвести наш разговор.

– Хорошо, – произношу я неуверенно, надеясь услышать более существенные объяснения.

– Она ждет, что на похороны мы приедем вдвоем.

– Но… – Мне не удается справиться со спазмом в горле. – Что?

К чести Антона, он заметно тушуется под моим возмущенно-недоумевающим взглядом. На моей памяти он впервые выглядит столь выбитым из колеи. Его нынешний дискомфорт физически осязаем.

– Сейчас не лучший момент для таких новостей. – Он пожимает плечами. – Сама понимаешь.

– Я ведь и не требую, чтобы ты рассказал ей про развод прямо сейчас, – замечаю я спокойно. – Сообщишь после.

Антон морщится.

– Не в этом дело.

– А в чем?

Он опускает взгляд.

– Мы должны приехать вдвоем. Она не поймет, если тебя не будет.

Кажется, мое молчание затягивается на минуту или две, но я настолько удивлена, что не могу ни осознать прозвучавшее между строк предложение, ни изобрести правильный ответ.

– Я не понимаю. – Пересохшее горло саднит. – Мы ведь даже незнакомы. Какая разница, приеду я или нет?

– Вера… – Антон издает тяжелый вздох. – Я не просил бы, но в этот раз… – Я вижу, как он нервно взъерошивает ладонью волосы на голове.