Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

Да что там, я бы от голода умерла!

Может быть, у Элис неприятности? И это вынужденная мера? В любом случае нужно быть осторожной.

Вылезаю из ванны, кутаясь в пушистое полотенце. С наслаждением потягиваюсь и сажусь на край кровати.

— Давайте я вас причешу, лиора, — предлагает Элис.

— Спасибо, я сама, — отвечаю, и она протягивает серебряный гребень.

Странное тепло разливается по голове с каждым движением гребня. Волосы стремительно высыхают, словно от невидимого пламени. Ещё несколько плавных движений, и они совершенно сухие.

Элис снова зовёт слуг. Какое-то время они суетятся, сливая воду и наполняя ванну заново. Наконец, дверь закрывается, и Элис с довольным вздохом погружается в воду. Пока она нежится, я, убаюканная тихим плеском, засыпаю.

Громкий стук заставляет меня подпрыгнуть на кровати. Резко сажусь.

— Подъём, красотки! — гремит за дверью дозорный.

За окном царит непроглядная темень. Я совершенно не выспалась. Приходится подниматься.

Элис, не теряя времени, взмахивает рукой. Под потолком вспыхивает магическая сфера, заливая комнату мягким, рассеянным золотым светом. На стуле висят два аккуратно сложенных наряда — Элис, должно быть, подготовила их, пока я спала.

— Надень её под низ, — говорит она, протягивая мне мягкую сорочку. — Она приятнее к телу, чем эта мешковина.

Я быстро собираюсь, натягивая на себя тонкую льняную ткань и грубоватый наряд, купленный Элис у кухарки. Размерчик явно не мой, и он висит мешком. Зато обувь подходит идеально — напоминает балетки.

Элис ворчит что-то рядом, натягивая своё платье, но тоже почти готова.

Открываем дверь — дозорные уже ждут.

— Завтрак с собой, — бросает один из них, протягивая Элис свёрток.

Через десять минут повозка трогается, оставляя за спиной «Уставшего Дракона». Путь до Тринадцатого предстоит долгий и тяжёлый. Элис говорит, что дороги там плохие, и даже Совет редко появляется в этом забытом богами краю. Но меня это больше не пугает.

— До Тринадцатого остались считаные лиги, — ободряюще добавляет Элис, распечатывая свёрток дозорного.

Внутри обнаруживаются два куска хлеба, настолько чёрствого, что ими можно отбиваться от разбойников, вяленая колбаса, бутылка воды и несколько маринованных оливок и горстка фиников.

«Кажется, на нас решили сэкономить», — мелькает невесёлая мысль.

— Держите, лиора. — Элис делит еду пополам, протягивая мне кусок хлеба, колбасу и несколько оливок. — Нам нужно быть сильными. Финики оставим на потом, — улыбается она. — Это десерт.

Я благодарно киваю и всматриваюсь в горизонт. Солнце, словно робкий художник, только начинает окрашивать небо в бледные пастельные тона.

Позавтракав, Элис принимается за вышивание.

Я развлекаюсь, разглядывая облака, не понимая, почему меня пугали плохой дорогой.

«Дорога как дорога.