Ненавижу любить тебя

 – Знаешь… Сложно общаться с человеком, если он всегда прав или считает, что прав. Тем более что всегда прав быть не может никто. – Она положила конфету в рот, запила вином и тихонько засмеялась: – Даже я. Ты не представляешь, какой глупой я иногда себя чувствую на фоне Феньки. А уж его отца… – Ещё один смешок.

Я улыбнулась. Вот такой Машка всегда и была. До простоты гениальной. Правда, улыбка быстро померкла, потому что какой бы гениальной ни была Маша, наши с Киром отношения оставались нашими. И наше прошлое – тоже.

Машка сидела на расстоянии каких-то полутора метров. Наверное, впервые так близко за семь лет. Если бы не Кирилл, этого бы не было. Вишенка, сенбернар, каждый вечер, касающийся моих пальцев холодным носом, подруга… Что ещё случится в моей жизни благодаря Киру? И случится ли он сам? Машка права, я должна что-то сделать. Он не из тех, кто прощает так просто. И не из тех, кто просто отпускает: людей или обиды – неважно.

– Мне кажется, у нас серьёзно, – сказала я едва слышно. – По крайней мере, мне бы этого хотелось, Маш.

Кирилл

Неделя пролетела стремительно. Подготовка и сами выступления в шоу разбавляли интервью для местных СМИ и опостылевшие за последнее время afterparty. В какой-то из дней я поймал себя на том, что не понимаю ни сколько времени, ни в каком я городе. Всё слилось в сплошную неоновую линию.

Спустился в гостиничный бар, заказал крепкий кофе и несколько сладких батончиков. Я, чёрт подери, устал. Весь олимпийский цикл пахал как проклятый, олимпийский сезон – и того хлеще. Нужен перерыв, чтобы прийти в себя. Но статус чемпиона добавлял ответственности. Устал не я один – остальные ребята из сборной ничуть не меньше.

Барный стул рядом скрипнул ножками. Этот звук вывел меня из задумчивости.

– Думал, я один такой.

Артур выступал в танцах на льду. На Играх они с партнёршей стали третьими, но это не значило, что сил в медаль вбухали меньше меня. Зевнув, он жестом показал бармену, чтобы принёс то же, что и мне.

– Уже решил что-нибудь со следующим сезоном?

Я мотнул головой. С одной стороны, надо было восстановиться, а постолимпийский год – самое то. С другой… С другой, я настолько привык ко льду, что перерыв в год казался вечностью.

Глотнул кофе.

– А вы?

– У нас без вариантов. Пропустим – нас тут же подвинут. Не для того мы с Маринкой столько всего преодолели, чтобы сейчас отступить. Следующий цикл наш, чёрт подери! Американцы уходят, а с итальянцами мы способны бороться.

Я зевнул, прикрыв рот рукой. Покосился на приятеля. Да, так оно и есть. Им с партнёршей ещё доказывать и доказывать, что они достойны золота. Мне доказывать уже нечего и некому. Самому себе я всё доказал. Другое дело, что и отступать рано. Кто-то после победы на Олимпийских играх теряет мотивацию, выгорает, но это не про меня.