Наложницы ненависти

 — Но я ждал чего-нибудь подобного от тебя, Элигор, в старых хрониках указывается, что ты был одним из лучших воинов Кадаф.

— Полагаю, это были навские хроники, — едко заметил гипербореец. — Не помню, чтобы я позволил хоть одному чуду бежать с поля боя.

По лицу великого магистра скользнул гнев:

— Пока ты не предложил мне ничего иного, — пожал могучими плечами Элигор и свысока посмотрел на Шайне: даже далеко не низкорослый мастер войны доходил гиганту едва ли до плеча. — А я не привык пресмыкаться. Азаг-Тот, да хранит меня его ненависть, учит нас пылать яростью, а не сочиться трусостью.

— Не слишком ли он фанатичен? — буркнул де Сент-Каре. — Нужно было вытащить из Бестиария более смышленого иерарха.

Вероника поджала губы.

— Мы и не хотим, чтобы твоя ненависть погасла, воин, — вкрадчиво произнес Гюнтер. — И уж тем более не желаем, чтобы сердце твое наполнилось страхом — на войне не нужны трусы.

— Ты предлагаешь мне подраться?

— Я предлагаю тебе подраться вместе с нами. Против общего врага.

— Кажется, чуд, ты спутал меня с Красной Шапкой, — холодно процедил Элигор. — Я не наемник.

— И у нас есть то, что тебе нужно. — Шайне, сделавший вид, что не услышал ответ гиперборейца, достал из кармана камзола ампулу с бесцветной жидкостью.

— Что это? — презрительно спросил краснокожий гигант.

— Золотой Корень, — улыбнулся мастер войны. — У нас много Золотого Корня.

— За это вы купили наложницу?

— И за это тоже, — подтвердил Гюнтер, бросив веселый взгляд на опустившую голову Веронику. — Поверь, ей нравится у нас. Понравится и тебе.

— Поверь и ты, нелюдь, — неожиданно весело, в тон чуду отозвался гипербореец, — что в отличие от этой блудливой твари я не боюсь смерти. И если Золотой Корень — это все, что ты способен мне предложить, то можешь приступать к казни, да хранит меня ненависть Великого Господина.

— А если не все? — веско поинтересовался Леонард. — Если мы готовы предложить тебе еще кое-что?

— Что именно? — Гигант резко повернулся к великому магистру.

— Я не хочу тебя покупать, воин, — неожиданно миролюбиво произнес старик. — Я хочу договориться.

— Да, — признал Леонард. — Мы хотим использовать армию Кадаф против Великих Домов. Сейчас очень подходящий момент для большой войны.

— А что получим мы? — осведомился гипербореец.

Вероника удивленно посмотрела на де Сент-Каре, а тот, в свою очередь, не спускал тяжелого взгляда с Элигора.

— Объясни, — попросил повелитель шестидесяти легионов.

— Мы прекрасно понимаем, что воины Азаг-Тота не станут драться за Золотой Корень, — усмехнулся великий магистр. — А посему я готов предложить вам территорию, на которой вы сможете восстановить гиперборейский культ. После победы, разумеется.