Наложницы ненависти

Очень хорошо, что вы сумели договориться с ней о встрече. И еще лучше, что она согласилась. У нас есть шанс».

Сантьяга так и говорил: «у нас», не «у вас», и это придавало Кортесу дополнительные силы: даже в такой, самой поганой ситуации, которую только можно придумать, Темный Двор не собирался отказываться от своих обязательств перед наемниками.

— Не страшно было ехать в сектор Чуди?

Кортес обернулся и внимательно посмотрел на подошедшую женщину. Свою женщину.

Длинные ноги Яны плотно облегало черное трико, плавно, почти незаметно переходящее в мягкие сапоги, длинные носки которых были украшены металлическими набойками. На осиной талии — широкий кожаный пояс, к нему пристегнуты ножны двух кинжалов, что-то похожее на танто, их рукоятки торчали из-за боков девушки. Тугую грудь стягивал небрежно зашнурованный топ. На правой руке длинная, до локтя, усеянная шипами боевая перчатка. Левая рука открыта, на плече два браслета, а все предплечье покрывали причудливые символы Кадаф. Ведьма. Точнее, боевой маг. Правая рука для сражений, в ней Яна сжимала длинный шест, левая — для колдовских пассов, для стремительного создания разящих заклинаний.

Роскошные волосы исчезли. Густые, блестящие, шелковистые, Кортес помнил их нежный запах, их послушную мягкость, их пышность… Сейчас череп девушки гладок, а по его правой стороне извивается ядовитая татуировка. Черная подпись Азаг-Тота. Лицо холодное, решительное, черный макияж резко выделяет провалы глаз и губы. Лицо можно было бы назвать безжизненной маской, если бы не глаза, в тяжелом золоте которых переливаются гиперборейские зарницы.

Кортес спокойно отвернулся и снова перевел взгляд на молчаливые воды Москвы-реки. Яна подошла чуть ближе, помялась и чуть тише, чуть слабее:

Кортес продолжал молчать.

— Ты хотел это увидеть? Ты увидел! Я стала другой!

— Тебя пытаются сделать другой, — негромко поправил девушку наемник.

— Я могу загримироваться и получше.

— Это не грим! И не игра! И ты это прекрасно понимаешь, тупая скотина! С кем, ты думаешь, ты разговариваешь?! С Яной…

— Да! — заорал Кортес. — С Яной! С Яной, черт бы тебя побрал!! — Он резко развернулся и схватил девушку за плечи. — С Яной и ни с кем больше! С женщиной, которая поражала всех умом и хладнокровием! С женщиной, которую ничто не могло сломать!

— Я не сломалась! Я стала…

Золотые глаза ведьмы вспыхнули, но лишь на мгновение. Яна не выдержала яростного взгляда Кортеса.

— Если не хотела, но стала, значит, сломалась.

— Пусть так, — прошептала девушка.

— Не пусть. — Наемник отпустил плечи ведьмы, но не отодвинулся, и его губы едва не касались склоненной головы Яны. — Я не знаю, что с тобой делали чуды или гиперборейцы. Возможно, это было больно. Возможно, было страшно.