Нам нельзя

И разница между нами ого-го сколько! Целых восемнадцать лет.

— И чё? – фыркает Яна. — Вижу цель — не вижу препятствий.

Подруга всегда такая. Прёт напролом и с лёгкостью добивается своих целей. Мне эта черта характера в ней очень нравится, но сама я на подобное не способна. Особенно сейчас.

— Я у него в квартире шапку забыла, — говорю приглушённым голосом. — Будет повод как-нибудь заехать…

— Шапку… Ну ты и тетёха! Надо было трусики или бюстгальтер «забыть».

— Ну я же не специально…

— Не специально она! – качает головой Янка. — Собирайся, поедем к твоему Глебу.

От неожиданности я чуть не опрокидываю бокал. Я планировала это сделать, но не так скоро… Хотела выждать день или два, прийти к нему домой и хотя бы ещё одним глазком взглянуть на Глеба. В последний раз!

— Ника-а… Ну что ты как маленькая?

— Нет, Ян, я не могу так. Мне нужно подготовиться. Тем более у Глеба в гостях его женщина. Возможно, любимая.

— Чушь! Любимую женщину не отшивают в новогоднюю ночь.

— А у меня Ромка есть, — совсем тихим голосом произношу я. — Ты не забывай.

— Ромка? Он попросил у тебя прощения?

— Нет, но это потому, что я пока не ответила на его сообщения.

Яна наливает ещё вина и окончательно загорается идеей поехать к Глебу. Я сопротивляюсь так сильно, как могу, но после третьего выпитого бокала подруга вызывает такси и буквально силой тащит меня в прихожую.

За считаные минуты мы оказываемся у знакомой высотки. Я поднимаю взгляд на пятый этаж в попытке найти окна Глеба. На кухне горит свет, а значит, он дома. Алкоголь мигом выветривается из головы, и с каждой секундой моя уверенность в том, что я поступаю правильно, бесследно испаряется.

— Открывай дверь, Вероника! — настаивает подруга.

— Это дурацкая идея. А вдруг… что, если они там занимаются сексом?

— А вдруг… А если… Ты всю жизнь девственницей сидеть будешь с таким характером.

В этот момент в кармане звонит телефон. Я достаю его наружу и смотрю на дисплей. Мама.

— Никуль, ты долго ещё у Яны будешь?

— Что-то случилось?

— У бабушки давление шарахнуло, а мы с отцом уехали к Кузьминым на дачу. Сможешь привезти ей лекарства и посидеть немного?

Я тяжело вздыхаю и отвечаю: «Конечно, мам».

Янка выглядит поникшей и недовольной и ворчит себе под нос, когда я вновь вызываю такси. А я… я считаю это знаком свыше. Нельзя мне к Глебу. Просто нельзя.

Бабушке действительно плохо. Она, как всегда, дотянула до последнего и только потом позвонила маме. Лекарства, которые я купила в круглосуточной аптеке, не помогают, поэтому мне приходится вызвать скорую помощь. Вся ночь получается нервной и беспокойной. Я измеряю давление каждый час и почти не отхожу от бабушки.

В таком ритме проходит вся последующая неделя и даже Рождество. Шапку мне приходится купить в ближайшем торговом центре.