Уравнение с тремя неизвестными

Если опасность и существует, то она, несомненно, исходит от этого довольно красивого, холеного и слишком уверенного в себе человека, уже второй раз встретившегося на ее жизненном пути, думала она. Его облик плотно ассоциировался у нее с горем. Сначала с ее личным, вызванным внезапной потерей мужа и до конца так и не утихшим. А теперь с горем Татьяны, спустя почти четыре года переживающей такую же трагедию.

Острое чувство неприязни, которое вызывал у Нины бизнесмен, почему-то соседствовало с болезненным интересом, который она к нему испытывала. За всю свою жизнь Нина никогда не сталкивалась так близко с подобными людьми: состоявшимися в жизни, сделавшими себя самостоятельно, уверенно смотрящими в будущее, чуть высокомерными. Это высокомерие, надо признать, ни капли его не портило. Наоборот, придавало какой-то особенный шарм.

И зачем она вообще об этом думает? Нина вдруг рассердилась на себя за излишнее внимание к персоне Вадима Горелова. Этот человек мог иметь самое непосредственное отношение к смерти ее мужа, так что ничего, кроме ненависти и презрения, он вызывать не должен.

– Спасибо, не хочу, – ответила она и неприязненно отвернулась, поймав на себе при этом взгляд Гелены.

Колючим и холодным был этот взгляд.

Раздался звонок в домофон, и домработница Надя провела в гостиную еще одного гостя. Это был муж Гелены Петр Волков, взъерошенный и отчего-то сильно встревоженный.

– Ты опять здесь? – обратился он к жене. – Тебя отсюда теперь нужно на цепи выводить или дома запирать?

– Петя, ты чего? – опешила Татьяна. – Гелена приехала по моему приглашению.

– И давно ты приглашаешь мою жену в гости без меня?

Бывший одноклассник Эдуарда Киреева по художественной школе явно нарывался на скандал. Вести себя таким образом с вдовой только что погибшего друга было некрасиво.

– И почему ты не пригласила меня? В конце концов, другом Эда был я, а не моя жена. Или я чего-то не знаю?

– Дядя Петя… – Гриша Киреев явно был в некотором шоке от услышанного.

Татьяна молчала.

– Петр, прекрати. – В голосе Гелены послышался металл. – Ты ведешь себя неприлично.

– А ты? – тоже повысил голос Волков. – Как ты себя ведешь?

– Как хочу. Отныне и впредь я буду вести себя так, как считаю нужным.

– А с чего бы это? Что изменилось, что ты стала такая смелая? Неужели не боишься остаться без моих денег? Ты же вышла замуж за меня только ради них.

– Да! – закричала Гелена в голос. – Ради них. И с тех пор уже сто раз пожалела об этом. Деньги – ничто, когда нет любви. Да я бы за человеком, которого люблю, босиком ушла. Да только это невозможно.

Она вдруг бурно зарыдала, совсем не театрально, искренне.

– Надо полагать, что у твоего избранника с деньгами тоже все в порядке, иначе ты на него бы и не взглянула, – припечатал Волков.