Нечто

Паук поджал свои мохнатые лапы, и Рост полетел вниз, путаясь в паутине. Собственно, она и спасла его от удара, замедлив падение, но она же и сковывала движения. Хорошо еще, фонарь не разбился. Рост приземлился прямо на труп бомжа, которого тащило это рыжее чудовище, и, сдерживая рвотные позывы от нестерпимой вони, стал искать заточку.

Сверху послышалось шипение, и паук спикировал ему на спину. Заорав не своим голосом, Рост принялся кататься по полу, неожиданно рука нащупала заточку. Луч фонаря безумными зигзагами метался по помещению, но Рост не выпускал его из руки, продолжая тыкать наугад заточкой. Он ощутил, как по лицу провели чем-то жестким, раздирая в кровь губы и десны, одна лапа паука пыталась проникнуть ему в рот. Продолжая вопить (уже скорее от возбуждения, чем от страха), Рост что было сил сомкнул челюсти, чувствуя языком задубевшую шерсть. Рот наполнился густой жидкостью, паука сотрясла дрожь, он испустил что-то похожее на вздох и выдернул наполовину откушенную конечность. Рост наконец-то смог наставить на него фонарь, продолжая наносить заточкой удары. Вскоре и она, и рука стали черной от жидкости, хлеставшей из многочисленных дыр на теле паука. Тот уже не нападал – он пытался уйти, постоянно вздыхая, как уставший старик, лапы неуклюже подгибались, весь пол был залит грязной жижей.

Рост наступил ногой на него сверху, раздался хлюпающий звук. Лапы судорожно обвили его ногу и тут же разжались. Рост наклонился ниже, разглядывая страшного мутанта. Паук издыхал, но Рост продолжал кромсать его заточкой, не переставая кричать при этом, пока тело волосатого монстра не стало похожим на влажный скомканный плед. Он пришел в себя только минут через пять и стал счищать с себя паутину.

«Жгут», – вспомнилось. Он тоже может быть здесь.

Рост подошел к лазу, который вел куда-то вниз, и посветил. На лице отразилось сомнение – в этот проход Жгуту вряд ли удалось бы протиснуться, даже если бы у него не было этого живота. Живота… Внезапная догадка осенила Роста, и он покрылся испариной – Жгут… вынашивает яйца этой паучихи! Вот что означала его ранка на животе, и теперь их бывший сожитель и бомж Жгут со дня на день наверняка станет мамочкой (или папочкой).

От мысли, что произойдет, если по свалке разбредется свора подобных маленьких чудовищ, Росту стало не по себе. Скинув с себя остатки паутины, он полез наверх.

– Ты что, с ума сошел? – с яростью спросил Мика у Гюрзы, когда они вышли из подъезда, где он хотел подключить Юру к «подвигам» скинхедов. Дружбы не получилось.

– А ты? – отозвался Гюрза. Он посмотрел наверх, и вовремя – из окна уже летела первая бутылка. Он толкнул Мику в кусты, и она упала прямо на место, где он только что стоял, разбившись с оглушительным звоном.