Небо на двоих

Но я все же заметила тень, метнувшуюся за стеллажи с книгами. Возможно, обман зрения, подумала я. Но краем глаза отследила опасливый взгляд, который бросила на меня Сырма, и поняла: совсем не обман зрения. В библиотеке находился кто-то третий. Тот, кого Сырма не очень хотела показывать мне. Что ж, у каждого свои тайны. Но признак хорошего воспитания – не совать свой нос куда не следует.

Я обратила взор на стеллажи. Боже, какое старье! Какие-то справочники по сельскому хозяйству, альбомы фотографий с партсъездов, собрание сочинений Ленина и даже толстенный том «Капитала».

Я подошла к конторке библиотекаря. На ней лежала книга, шикарное издание Шекспира середины прошлого века, в черном, с золотым тиснением переплете. Взяла том в руки и прочитала на открытой странице: «Ромео и Джульетта». И с удивлением посмотрела на Сырму.

– Я, – смутилась та. – Интересно! Обычаи немного на наши похожи. Тоже кровная месть…

– А что, в Абхазии до сих пор существует кровная месть? – поразилась я и отложила книгу. – Я думала, пережиток прошлого.

– Пережиток, конечно, – тихо сказала Сырма и виновато улыбнулась. – Вы пройдите, посмотрите, тут есть хорошие книги. Я их все уже перечитала.

И девушка подвела меня к полкам, очень умело лишив возможности направиться к тем стеллажам, за которыми кто-то прятался. Интересно, кто же там был?

Я перебирала книги. Все-все давно читано-перечитано. Еще в детстве или в молодости. И заново перечитывать не хочется. Но тут взгляд упал на двухтомник Ильфа и Петрова. Я обрадованно схватила его. Рядом обнаружился Джером К. Джером «Трое в лодке, не считая собаки», а чуть дальше пятитомник Марка Твена. Я радостно сгребла книги с полки и выложила перед Сырмой.

– Запиши куда-нибудь, пожалуйста.

Пока девушка переписывала названия в потрепанную тетрадку, я снова взяла в руки томик Шекспира и обнаружила карандашные пометки на списке действующих лиц. Против Джульетты стояло имя «Сырма».

– Постой, – воскликнула я, – это ж распределение ролей! Ты спектакль собираешься поставить?

Сырма зарделась, как маков цвет.

– Я бы очень хотела. – И тут же девушка поправилась: – Мы бы очень хотели. Молодежи у нас много. Желающих сыграть в спектакле, хоть отбавляй. Но, сами понимаете, я ничего в этом не соображаю. Одно дело смотреть спектакль на сцене театра, другое – поставить его самому. А костюмы, а декорации…

– Погоди, – вклинилась я. – Я как-то смотрела в Москве «Короля Лира». Его играли актеры провинциального театра, причем то ли в мордовских, то ли в чувашских национальных костюмах. Ведь это трагедия, которая вне времени и пространства. Ее хоть в Африке поставь и одень героев в набедренные повязки – все будет понятно.

– Здорово! – Глаза Сырмы загорелись. – И имена не нужно менять.