А маме не скажем

Будем снова пить и думать, что делать с твоей Ланой. Бля, даже имя мерзкое. Бесит!

В полумраке кабинета зазвенели стаканы, ударяясь друг об друга. Дружный мужской смех под старые байки из юности звучал до глубокой ночи, пока я вдруг не решил, что хочу домой. Не в свою квартиру, где меня наверняка ждет истеричка Лана, а в дом, где я вырос. Где даже счастлив был когда-то, пока все не стало рушиться как карточный домик. Возможно, просто я повзрослел и стал видеть то, что не замечал пацаном. А еще я соскучился по брату. Дима прав. Кроме нас самих друг у друга больше никого нет.

Отправив друзей на такси в отель Демона, поехал к себе. Шатаясь, вошел во двор, красиво освещенный ночными лампочками и фонарями, утонувшими в высоких деревьях. Прошел к лестнице и опустился на нее, почти не ощущая холода ночи. Поднял глаза к звездному небу, по которому плывут редкие облачка, подгоняемые ветром. Вернуть бы все назад… Увы, это невозможно. Остается исправлять собственные ошибки и позволить себе любить. Вот так просто, как сказал друг, распустить постоянно натянутую внутри пружину и задохнуться в ее постели от наслаждения. Ощутить вновь вкус желанных губ. Запах малины от ее кожи. Знает ли она, что свела меня с ума? Нет, наверное. Милли на брата смотрит с теплом, демонстративно игнорируя меня. Сам виноват. Все испортил.

– Скучаешь? – услышал голос, заставивший вздрогнуть от неожиданности.

– Здравствуй, брат, – смотрю на него почти протрезвевшим взглядом.

Стэфан подошел ко мне, поставив на землю какой-то пакет. Присел рядом, на те же холодные ступеньки.

– Где ты был? – спросил он, не глядя на меня.

– Пил. Не заметно? – отвечаю честно.

– Так и подумал, – он даже не улыбнулся. – Макс поможет?"

"– Сказал, что попробует, но ничего не может обещать, – пожал плечами и, чуть отставив руки назад, уперся ладонями в лестничную площадку, устраиваясь удобнее.

– Этот сможет, вот увидишь, – искренне пытается подбодрить меня моя копия.

– Я не могу отдать тебе ее, Стэфан. Прости, я… – закрываю глаза, делаю вдох.

Холодный воздух врывается в легкие, распределяясь по всему телу и немного успокаивая. Брат прикурил, чиркнув зажигалкой, и выдал неожиданный ответ:

– Значит, будет по-честному, – выпустил он в темноту клуб серого дыма.

– Это как? – не понял его и сел в обратное положение, чтобы видеть лицо Стэфа.

– Да очень просто, – он улыбнулся как-то по-мальчишески, как умеет только он. – Пусть выбирает сама. А мы рядом будем. Помогать, поддерживать, завоевывать. Должна же она определиться, рядом с кем из нас сердце малышки стучит чаще?!

– Наверное, – удивляюсь его словам. А потом в очередной раз корю отца за то, что он так недооценивает брата.

Стэфан – умница. Он принимает правильные решения.