Не единственная

"

"– А если не дроу? – интересуюсь.

Хатш отворачивается. Лохан говорит за него:

– Дроу не создают союзы с другими расами. Такие браки бесплодны.

– К тому же, – добавляет темный, вставая, – все мои родичи далеко. Я не планирую туда возвращаться, а тем более надевать на себя брачный ошейник.

Глядя ему вслед, Лохан с усмешкой бормочет:

– Ну-ну, посмотрим, что ты запоешь через год.

– Вы что-то видели, энейре? – спрашиваю тихонько. Ведь как-никак, а Лохан провидец.

– Кто его знает. Может, что-то и видел, – тот загадочно усмехается в усы.

Я вспоминаю, что провидцам нельзя рассказывать о своих видениях и нарушать ход событий, а потому замолкаю.

Изумрудный дракон останавливается. То ли устал, то ли вымесил гнев. Теперь никто не догадается, что на месте изрытой площадки когда-то были холм и вход в подземные катакомбы. А если кто-то и догадается, да еще захочет откопать, что ж, я тому смельчаку лично лопату выдам и время засеку. Может, за сто лет управится.

– Пора, – Лохан похлопывает меня по плечу и поднимается.

Один за другим дарги отходят на безопасное расстояние и начинают обращаться. Я, раскрыв рот, наблюдаю за ними. Эрден превращается в серебряного дракона, Лохан сверкает так, словно присыпан бриллиантовой пудрой, у остальных чешуя в основном всех оттенков зеленого. Значит, я не ошиблась – эти драконы из Лемминкейра. А Лохан алмазный. Надо же – императорский род!

Эрден забирает спасенного парнишку, но не садит себе на спину, а просто сжимает в лапах. Один из изумрудных без лишних церемоний хватает магистра. Тот верещит сквозь кляп, дергается в путах, но дракон отрывается от земли – и магистр замирает. Видимо, испугался, что его сбросят вниз.

Что-то бормочущую Анабель забирает сам Лохан. Аккуратно подхватывает вместе с плащом, в который ее закутали.  Та, оказавшись в воздухе, начинает визжать.

Драконы один за другим поднимаются в небо, забирая еле живых от страха адептов – тех, кому повезло не погибнуть в схватке. На земле остаемся только я и лаэрд Изумрудного клана – самый красивый дракон из всех, что я видела.

Он смотрит на меня, слегка склонив голову. Словно раздумывает или сомневается. И я тоже с сомнением смотрю на него.

Помнится, Нериль говорила, что дарги в драконьей ипостаси дают себя оседлать только своим шиами? Для них это высшая степень доверия. Но после всего, что случилось, после всего, что мы пережили, готов ли Дарион мне доверять? Готов ли подставить спину не только мне, но и моему ребенку – ребенку от другого мужчины? Или понесет меня в лапах?

Несколько долгих мгновений мы смотрим друг другу в глаза. И я инстинктивно прижимаю к себе Артемку.

– Пожалуйста, не заставляй меня выбирать, – беззвучно шепчу.

Мое сердце просто не выдержит…

Дракон тихо фыркает, а потом опускает крыло.