(не) сестра для бандита

Только плевать мне было на все, и на то, как я выглядел, и на то, что обо мне думала эта совсем не милая старушка.

Однако деньги мадам взяла и комментировать больше ничего не стала, только лишь указала, в какую сторону идти. Добравшись до нужной мне двери, постучал сначала тихо, потом настойчивее и еще, а после у меня окончательно сорвало тормоза, мне было плевать. Даже если бы пришлось выбить эту чертову дверь. К счастью, не пришлось, вскоре преграда на моем пути распахнулась, и передо мне предстала Рита.

Сердце сжалось, из легких словно воздух выбили. Она плакала, блядь, плакала! Красные глаза и опухший нос в очередной раз напомнили мне о том, каким хреновым мудаком я был.

—Какого, мать твою, черта?! — прижал ее к ближайшей стене, не давая отступить ни на шаг, ни шанса на то, чтобы уйти, сбежать от меня снова. Не отпущу. —Зачем ты доводишь меня снова и снова, открываешь все худшее во мне? — прошептал, упираясь лбом в ее, заглянул в голубые омуты, чувствуя, как начинаю тонуть в них, в ней. Жадно вдохнул тот самый цветочный аромат. Черт, как же она пахла. Мое личное проклятье. Что же ты со мной делаешь, девочка?

—Спасибо, что помог с временным жильем, но это все, я уже обустроилась. Задерживать не стану, — произнесла еле слышно, уперлась крохотными ладошками в мою грудь в попытке оттолкнуть. Кому ты врешь, девочка, ты ведь тоже это чувствуешь, я знаю, видел твою реакцию тогда в первый день. И пусть я сам все испортил, я все исправлю.

—К чему этот цирк с переездом? — ухмыльнулся. —Хватит, собирайся и поехали домой, а характер будешь показывать отцу или еще кому, не знаю.

—Да что тебе надо от меня?! ЧТО? — вдруг она закричала, ударила меня в грудь своими маленькими кулачками, я даже ничего не почувствовал, а вот ей, наверное, было больно. Из глаз снова хлынули слезы, снова из-за меня и меня это злило. Злился на себя за то, что не умел быть мягким, на нее за то, что рвала мне душу. — Я же тебе так не нравлюсь, так довожу тебя, так зачем ты прикатил сюда?! И вновь макаешь меня в это дерьмо. Зачем, бесчувственный ты чурбан! Иди и наслаждайся компанией легкодоступных девиц, которые только радовать тебя будут! Я не вернусь в ТВОЙ дом, не буду нарушать ТВОЙ покой, — сорвалось с ее губ.

Каждое слово отдавалось тупой болью в груди, резало, сворачивало внутренности. Слышала, значит. Да, девочка, вот такой я, совсем не подарок, бесчувственный чурбан, но только ты во мне будишь самое темное, порочное. Только тебя одну мне хочется одновременно придушить и поцеловать. Только ты одна действуешь на меня так, срываешь крышу, превращаешь в одержимого. Я устал бороться с этим, устал отрицать очевидное.

Сделал шаг, сильнее вжимая ее в стену, обхватил подбородок и прижался щекой к мокрому от непрекращающихся слез лицу.