Навязанная жена. Нелюбимая

Обед проходил по привычному сценарию. Девушки обсуждали очередные сплетни и жаловались на неожиданный интерес к темным цветам и необычным фасонам, лишенным рюш, воланов и кружев. Теперь большинству придется полностью заменить гардероб.

– Дорогая Никандра, – обратилась я к свекрови, когда мы перешли к десертам, – у меня к вам вопрос. Где я могу найти историю замка Оргух-айл?

Она удивленно на меня взглянула.

– История Оргух-айла? Зачем тебе?

– Хочу узнать побольше о ведьме, которой принадлежал подвал, – спокойно ответила я. Это скрывать я точно не собиралась.

– Боюсь, это невозможно. Информации о ней не сохранилась.

– А я бы все-таки посмотрела, – продолжала настаивать я. – Так где я могу найти архивы?

Никандра долго не отвечала. Словно мысленно взвешивала все за и против. Стоит ли говорить или нет.

– Они хранятся в храме Судьбы, – наконец сообщила она.

Ну действительно, где же еще им быть, только в руках вредной богини!

Завтра надо будет сходить в храм. Давно следовало, но повода не было. А вот тут появился.

Однако у Судьбы на этот счет имелись свои планы.

После обеда я вернулась в свои покои, где меня ждала Бекки. Она стремительно шагнула ко мне из темного угла гостиной. Так быстро, что я невольно отшатнулась, активируя защиту. Но Бекки не думала нападать. Заплаканная, несчастная горничная рухнула передо мной на колени и зашептала срывающимся голосом:

– Княгиня… молю вас… спасите…

Растерянность длилась всего несколько секунд. Довольно быстро я пришла в себя. Нервный взмах рукой, и рядом с Бекки появился густой черный дым. Он рывком поднял горничную на ноги. Да так резко, что та от неожиданности охнула и зашаталась. Но на ногах удержалась.

– Так, – сдержанно произнесла я, убирая волосы за ухо, – а теперь успокойся и объясни все толком.

Бекки судорожно кивнула и задержала дыхание в попытке успокоиться. Ее еще трясло, а с губ, несмотря на все старания, срывались громкие всхлипы.

– Помогите… помогите мне, прошу вас… больше некому… на вас последняя надежда, – сложив руки в молитвенном жесте, с трудом прошептала она.

– Я не понимаю. Объясни, что происходит, Бекки.

– Келвин… мой жених… он умирает.

Я прищурилась, силясь понять, к чему весь этот разговор. Конечно, у меня возникли кое-какие подозрения, но я даже думать об этом не хотела.

– Мне очень жаль, Бекки. Но не понимаю, причем тут я. Я же не целитель.

– Селения моя сестра, – ответила она, стирая слезы.

«Селения? Это же та самая целительница из лечебницы. Значит, она меня все-таки выдала».

– Подожди. Но ведь она чародейка, а ты…

Как-то неприлично говорить кому-то об отсутствии дара. В империи это считалось дурным тоном. Не каждому повезло родиться со способностями.

– А я обычный человек. Мы с Селенией двойняшки.