Навеки твой. Прощай

Может быть, в эти последние дни она, наконец, обрела счастье. Отец от её постели, считай, не отходил. Лера и сейчас не могла понять, что у них были за отношения?

Проснулась – душа не на месте. Нащупала телефон. Пятый час. Вот это да! Куча не отвеченных сообщений. От Исаева – «надо поговорить», и от Уварова – «как добрались?». Интересно, у него защищенный канал связи? В любом случае Лера не собиралась ему отвечать. Потому что все может быть использовано против неё. Все абсолютно. К тому же отец ясно дал ей понять, насколько нежелательны любые контакты с Таиром.  Столько лет прошло, а ничего не меняется. Ни с реакцией отца на Уварова, ни с ее собственными реакциями. Стоило увидеть сообщение, как сердце буквально зашлось. Кровь вскипела и прилила к прохладным со сна щекам.

Господи, как ей удалось себя обмануть, что случившееся той ночью ничего не будет значить? Почему она так охотно поверила этому чудовищному обману? Ведь очевидно было, что все намного сложней. Правда всегда сложнее… Не оттого ли так охотно мы верим в ложь?

- Эй, спящая красавица, ну, это уже не смешно! Проспать первое января! Я на такое не подписывалась.

Лера перевернулась на бок.

-  Я уже проснулась. Извини, если нарушила твои планы.

- Пустяки, – отмахнулась Дмитриевна. – Умывайся, и пойдем за стол доедать салаты.

- Я помог бабе накрыть! – сообщил, вбегая в комнату, Тёмка.

- Это я – его баба. Представляешь?

Лера хохотнула:

- Что ж. У моего сына хороший вкус.

Зазвонил телефон. Уваров… Лера сбросила. Дмитриевна вздернула бровь:

- Кто звонит?

- Да так. Это подождет. Ну, где твои салаты? Я жутко голодна…

Стол был накрыт в гостиной. В углу – нарядная пихта. По телевизору - дурацкий концерт.

- Нет, ну, куда? Куда он напялил эти… что это?

- Кажется, лосины… - засомневалась Лера, разглядывая в телевизоре очередную «звезду» и одновременно с этим разливая вино по бокалам. В доме Таира она была так напряжена, что только-только пригубила шампанского. И сейчас бы с радостью выпила еще, чтобы расслабиться.

- Они так обтянули его драгоценное, что, клянусь, я вижу, к какой религии это чудо принадлежит.

Шампанское пошло носом. Лера промокнула капли салфеткой, хохоча, как ненормальная. Боже, ей не хватало Дмитриевны. Ей не хватало легкости…

«Лер… Пожалуйста, не молчи».

Лера отложила телефон, так и не ответив.

- Я тут кое-что услышала из вашего разговора с отцом…

- Ну, начинается!

- Нет, интересно же! Выходит, вы с Таиром знакомы тысячу лет…

- Да. С детства. Он был…

Запнулась. Не нашла слов. Он был всем. Но это прозвучало бы слишком претенциозно и затасканно.

- Извини, Дмитриевна, я правда не хочу копаться в прошлом. Давай лучше о будущем поговорим.

- А давай! О самом, что ни есть, ближайшем. Завтра у нас утренник в онкоцентре.