Навеки твой. Прощай

Спазм опоясал широкую грудь обручем и сдавил.

- Что такое? Тебе нехорошо? Таир!

- Нет… - просипел Уваров. - Нет, я в порядке. Я, кажется, вообще в абсолютном порядке впервые за много лет."

"Лера всхлипнула. Осторожно прижалась к его лбу своим. Вздохнула.

- Я люблю тебя, Лея.

- Я люблю тебя, Таир.

А где-то за пределами этой комнаты один большой и вместе с тем маленький человек давал интервью.

- Ну, конечно, я знал, что Лера с Таиром вместе. Что значит, зачем они держали свои отношения в тайне? В семье эта новость ни для кого не стала секретом. А больше она никого не касается.

- И для Павла Исаева эта новость не стала секретом? – язвительно поинтересовалась одна из журналисток.

- Особенно для него. Моя дочь с моим будущим затем как раз возвращались от Павла, когда случилась та авария.

Эта новость спутала журналюгам все карты и перечеркнула половину вопросов, которые те наверняка хотели задать. На то Калинин и рассчитывал.

- Ходят слухи, что господин Исаев находится на лечении в психдиспансере.

- Павлу сейчас не позавидуешь, – ушел от прямого ответа Калинин, - болезнь заставила его совершить ряд необдуманных действий, но, я уверен, что вскоре он поправится. И в этом он может полностью рассчитывать на нашу поддержку.

- А ваша дочь…

- А моей дочерью я горжусь. На этом у меня все. Больше никаких комментариев.

Дипломат – он и в Африке дипломат. Никто бы не смог с большим изяществом выйти из их ситуации. Лера следила за репортажем с открытым ртом. Она не могла поверить, просто не могла уложить в голове, что он сказал это. Она плакала от облегчения и любви, которая ее разрывала на части.

Эпилог

- Цветы, цветы… коробки, и снова цветы!

Лера обернулась на голос мужа.

- Не крутись! Иначе я тебе петухов наделаю! – шикнула Дмитриевна и даже легонько потянула её за волосы, чтобы вернуть в нужное положение. Лера быстренько выпрямилась. Вроде как – а что я? Я ничего! Но потом шкодливо улыбнулась и скосила взгляд на застывшего в дверях с открытым ртом мужа. Ну, еще бы… Ее тоже накрыло. Ощущение дежавю было таким сильным, что по телу побежали мурашки, и даже тонкие волоски на руках немного приподнялись. Это было все равно, что вернуться на долгие-долгие годы назад. Когда ей только исполнилось восемь, и она увидела Таира в первый раз. Только кухня другая, и вместо старой экономки Нюры – еще более старая Элеонора плела ей волосы. И руки больше не были пусты… В них жадно причмокивала губками дочка. У Эльки резались зубки, и она капризничала целыми днями, успокаиваясь лишь у материнской груди. Собственно, потому что ее руки были постоянно заняты, Лера и попросила Дмитриевну помочь ей с прической.

- Посмотришь, от кого на этот раз?

- Цветы? – уточнил Таир, отмирая и подходя ближе.

- Угу.