Сейчас и навечно

Открыла список контактов и пролистала до буквы «Д».

Сделав глубокий вдох, нажала «Вызов».

Мама ответила на втором гудке:

– Дом Монтгомери, Джина слушает. – Ох уж этот ее ярко выраженный королевский акцент «Джина-а слуша-ает».

– Привет, мам, это я.

– Привет, детка, что случилось? Все в порядке?

Я вздрогнула от такого приветствия.

– Все хорошо, на самом деле. Карла сказала тебе, что я получила место в танцевальной труппе? Я даже не рассчитывала, честно говоря, просто решила попробовать, и меня взяли.

– Да, она не упоминала, но это же чудесно, милая. А как работа в спа? Все еще работаешь там? Тебе нужны деньги?

– Что? Нет, у меня все хорошо.

– Держишь носик чистым?

– Слушай, ма, – начала я с таким же акцентом, как у нее. – Танцевальное шоу не самое величайшее событие в жизни. Особенно не в самом популярном театре города, но они дали мне сольную партию, и я бы хотела, чтобы вы это увидели.

– Я не знаю, Дар, – ответила мама. – Проделать такой большой путь ради шоу, которое длится сколько? Час?

Но моя настойчивость и раньше приносила плоды, а услышав мамин голос, поняла, как сильно я все-таки соскучилась по своей семье.

– Не говоря уже о проблемах бабушки Беи с бедром, – добавила она. – Дальние путешествия ей непросто переносить.

– Знаю, ма, но я не танцевала четыре года. В любом случае, черт с ним с выступлением. Вы могли бы приехать ко мне в гости, посмотреть, где я живу. Дом такой классный, в викторианском стиле. Я бы показала вам Сан-Франциско. Очень красивый город.

– Когда выступление?

– На следующих выходных.

– Ох, милая, я не смогу так быстро уговорить твоего папу на нечто подобное.

Я кивнула, стараясь игнорировать облегчение в ее голосе.

– Ты же знаешь, какой он. Работа, работа и еще раз работа.

Я знала, какой он. Мой отец владел довольно успешной автомастерской, отлично зарабатывал и мог позволить себе выходной в любое время, когда ему было нужно. Или когда он хотел этого.

– Да, ты права, – тихо сказала я. – Шоу не стоит таких затрат. Как-нибудь в другой раз.

– Поцелуй папу от меня, – попросила я.

– Конечно, детка. Береги себя и звони, если тебе что-то понадобится.

– Хорошо, мам. – Я вытерла слезы тыльной стороной руки. – Скоро созвонимся. Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. Ну все, пока.

Я позволила своей руке с телефоном упасть на колени.

– Перестань себя жалеть, – буркнула я, но боль не хотела покидать мое сердце.

На телефон пришло сообщение от Макса:

Через двадцать минут раздался тихий стук в дверь.

Я открыла Максу и вышла в коридор, не закрывая за собой дверь.

– Ребенок спит, – тихо сказала я. – Ты уезжаешь, не так ли?

– Мне позвонили. Рейс через несколько часов.

– Я так горжусь тобой, Макс.

– Правда? – Нежность в его голосе и слезы в уголках глаз потрясли меня.