Научись любить, если сможешь (СИ)

У меня, СУКА, все под контролем!

— Одна нянька ушла и ее сменила другая? — бросаю в сторону Валеева.

— Мих, завязывай, — устало произносит он. — Идем к шефу, тебя по новой будут штопать.

Перевожу взгляд на свою руку, которая уже распухла до состояния воздушного шарика. Выдыхаю и молча иду за Дамиром. В кабинете старика меня встречает все тот же доктор и на удивление, не выкатывает недовольство, а о чем-то шутит и занимается моей рукой.

— Готово! — говорит Сергей. — Так, Михаил, давай договоримся, что больше такого не повторится или есть риск, что руки ты лишишься. Занесешь себе какую-нибудь дрянь… — морщится он и смахивает со лба прядку упавших волос. — Береги себя, — хлопает меня по плечу и начинает собирать свои вещи.

А напоследок, чертов лекарь что-то мне вколол, сказав, что это обезбол. Перед глазами все поплыло, хотел вскочить с дивана, вцепиться и прибить его к херам собачьим, но меня качнуло, я ватным мешком завалился обратно на диван и улетел в царство Морфея…

Мне ничего не снилось. Просто пустой черный экран. Ни картинок, ни мыслей.

* * *Толчок в спину вырывает меня из темноты в реальный мир.

— Брат, у тебя телефон разрывается, — говорит Бессонов, тыча мне в морду ярким экраном.

— Чего? — хриплю в полудреме, пытаясь проморгаться, чтобы хоть что-то разглядеть. Двигатель в башке начинает медленно набирать обороты, приподнимаюсь на локте и беру свой телефон, который уже не трезвонит.

Несколько звонков от отца, одно письмо от Олеси с контактами Глушкова и краткой информацией, как ему преподнести то, что долг буду возвращать я. Ага, сто раз так и послушал тебя Леся. Сам как-нибудь выкручусь.

Резко подскакиваю и набираю отцу. После разговора с родителем бросаю Бессонову ключи от квартиры, даю задание встретить его, забрать Юльку от няни, собрать ее вещи и проводить вместе отцом на вокзал.

— Няне позвоню сейчас и предупрежу, что приедешь ты с батей. Все давай, шушри отсюда.

— Постараюсь быстро.

— Ага, — бросаю ему, беру со столика бутылочку воды и залпом ее осушаю.

После того как Арт уходит, в кабинет заваливаются Дамир и Глеб. Видок, как и у меня помятый. Они кивают и молча падают в кресла, выжидающе глядя на меня. Киваю, откашливаюсь в кулак, прочищая горло, и набираю Глушкову.

— Слушаю, — раздается бодрый голос мужчины.

— Илья Владимирович?

— Да, это я. Слушаю вас.

— Я Михаил Кренц, возможно, вы…

— Да, Михаил Александрович, — растягивает он. — Я в курсе, кто вы, но честно говоря, не совсем понимаю, с какой целью вы мне звоните.

— Илья Владимирович, так вышло, что мы с вами хорошо знакомы с одной женщиной.

— С Олесенькой, конечно, конечно! Золотце, а не девочка, — веселится он.

— Буду краток: я готов возместить вам сумму, которую она вам должна.