Наставник

– Я, наконец, вспомнила ощущение под пальцами. – Это был ты! Ты… – Я вскакиваю, хотя меня все еще трясет. Застываю, схватив Савву за лацканы пиджака. И даже встряхиваю. С губ рвется то ли плач, то ли смех. Я его люблю. Я его почти ненавижу. Я и понимаю его, и нет… – Это был ты. – Я плачу! Касаюсь его лба своим мокрым от выступившего пота. – Скажи, пожалуйста, скажи… Я права?

Этот идиот, мой муж, кивает, обхватывает мою щеку ладонью и шепчет на ухо:

– Я думал, с ума сойду, когда понял, что ты меня не узнала.

Эпилог"

"Права была Люба. Тая бросила нас в самое ответственное время – перед наступающим Новым годом. А учитывая то, что вместе с ней, абсолютно очумевший от счастья, на время из работы выпал и я, старой перечнице пришлось поднапрячься. Я смог заставить себя отлипнуть от жены и сына лишь на пятый день, проведя с семьей первые дни после выписки и убедившись, что Тая отлично справляется. А еще, кажется, порядком ей надоев.

Паркуюсь у дома. Перед тем, как выйти из машины, зачем-то заглядываю в зеркало. Рожа помятая – оно и понятно, становиться отцом в сорок три довольно волнительно. А может, мне просто было невыносимо знать, как Тая мучается, и не иметь возможности это все для нее облегчить. Хотя я и старался – гладил спину, бормотал какие-то глупости, вытирал пот с лица и мысленно проклинал себя, что во всей этой кутерьме не нашел времени, чтобы походить с Таей на курсы по подготовке к родам. Возможно, тогда я бы знал, что эпидуральная анестезия может не подействовать, и моей девочке придется рожать без обезболивания, как в каком-нибудь гребаном средневековье.

Благо Тая отлично справилась. Если честно, в глубине души я-то знаю, что она справилась гораздо лучше меня. Мне после пришлось тайком пить успокоительное. Серьезно… А она уже через час скакала, как ни в чем не бывало. И командовала. Савва, поспи. Савва, поешь. Савва, подержи-ка сына, кажется, он к тебе хочет. Понятия не имею, как она это определила, но начавший было недовольно кряхтеть малыш и впрямь успокоился, когда я, страшно волнуясь, взял его на руки. Был он сморщенный, красный от натуги и, кажется, похожий на меня. Это все, что я о нем знал. Ну, кроме банальных каких-то характеристик. Рост, вес, кстати, богатырский. Ну, и имя. Которое придумала Тая. Илья.

Мой взгляд привлекает какое-то мельтешение. Толкаю дверь, выбираюсь из машины и иду туда, где мелькнул яркий Тайкин комбинезончик, который мы купили ей для прогулок.

Наш дом стоит на фоне девственной природы. Никаких клумб, только деревья, которые здесь росли задолго до нас, и гладь скованной льдом реки. Не сказать, что до Таи мне здесь было плохо, но она определённо все изменила в лучшую сторону. Ладно, чего уж… она наполнила это место звенящим счастьем.