Насмешки судьбы (СИ)

я встану между ними, раскину руки в стороны с одним единственным словом "Стреляй", потому что они, оба, такие яркие, невозможные и тошнотворно-отвратительные мудаки, слились в моем подсознании в один образ, разделить который я не смогу. И смешно делается от грядущей перспективы сложенных в голове мыслей, и плакать хочется, потому что это бред, бред, БРЕД!

      Дабы хоть как-то отвлечься, поселился в тренажерном зале, откуда порой меня выносили на руках, потому что идти сам не мог. Виктор, матеря меня на чем свет стоит, сам разминал мои скованные мышцы, мазал какой-то отвратительно пахнущей дрянью, причитая, какой я долбоеб и вечно никого не слушаю, а на следующий день я опять шел туда, иной раз засыпая прямо на расстеленном в углу мате.

      Или выходил на улицу, откуда так же был выдернут из-за зимней стужи. Да, горело все тело, да, скулил и заходился от боли, когда обмороженные ноги начинали отогреваться, но в такие минуты я забывал обо всем, и это было счастье, если оно конечно возможно, во что я уже слабо верю.

      Я не отъелся и не похудел. Не помогло даже нормальное питание, половину которого скармливал здешней охранной собаке, я не смог набрать вес. Кусок в горло не лезет, силком что ли пихать? Физические упражнения немного нарастили мускулатуру, это почти не заметно, но ощутимо, мной по крайней мере.

      Но всё рано или поздно меняется...

      - Ян, шевели жопой, мы опаздываем! - послышалось совсем рядом. - Или хочешь, чтобы за тобой наряд прислали?

      - Да мне как-то похеру, - отвечаю не оборачиваясь, прекрасно ощущая, что Виктор стоит за моей спиной.

      Вытираю полотенцем набежавший от тренировки пот, на пару секунд зарываюсь носом в ткань и плотно закрываю глаза, мне нужна эта заминка, чтобы собрать мысли в кучу и себя заодно.

      Я сильный, я справлюсь... как же уже тошнит от этого самовнушения.

      - Не спорю, - откидываю полотенце на турник и иду приводить себя в порядок.

      Холодный душ, пару минут истерики под безжалостными струями воды и глубокий выдох.

      - Ну что, Ян, готов встретиться со своими кошмарами наяву? - усмехаюсь своему отражению, взлохмачиваю светлые волосы, выстриженные замысловатой стрижкой после слезной истерики Виктора и просьб привести мою голову в порядок. Но челку я оставил, чему несказанно рад.

      Игнорирую оставленный брючный костюм на кровати и выглаженную до идеала белую сорочку. Обычные, самые простые джинсы, из всего многообразия надаренного барахла в шкафу, толстовка со шнуровкой и капюшоном, сейчас необходимым мне как воздух. Пуховик надеваю уже на ходу. Я не оборачиваюсь назад, когда захлопываю дверь остопиздевшей мне спальни.