Наследники предтеч 4

Надя с Россом снова поменялись: она уехала в Волгоград, чтобы проверять лекарства на людях, а зеленокожий вернулся в Орден и продолжил развивать идею прививок. И не зря. Оказалось, что прививать можно практически от всех болезней. По крайней мере, из тех, которыми страдало нулевое поколение. Так что теперь мы разводили несколько видов заражённых членистоногих, содержали больных грызунов, собирали ягоды — источник одной из бактерий…

С прививками, кроме поиска и разведения возбудителя, пришлось решать ещё одну глобальную проблему. Слишком многие болезни требовалось прививать каждые несколько дней: срок колебался от трёх суток до пары недель. А это нереально, даже если собрать всех людей в одном месте. К тому же, из-за большого количества народа могут возникнуть новые проблемы.

У людей достать возбудителей не всегда есть возможность, а перерывы лучше не делать. Поэтому мы старательно искали способ хранения болезнетворных агентов. В решении этого вопроса нам очень помогли некоторые смолы и воск. Одновременно дорабатывались правила здорового образа жизни: например, теперь один раз в день следовало оставлять небольшой участок тела необработанным и позволить себя кусать определённым видам насекомых (переносчикам инфекций), сгоняя или убивая остальных (иначе последствия от укусов получаются слишком серьёзные). Ещё посвящённые включили в комплекс глубокое дыхание зелёным туманом перед дождём над небольшими заболоченными низинами: там был наибольший шанс подхватить заразу… в смысле — получить достаточное количество возбудителя для поддержания иммунитета.

— Я вдруг подумал: а что, если попытаться найти нечто, что рассасывается в организме очень медленно? — предложил Игорь однажды вечером, выковыривая подкожного паразита. — Смешать с заразой и…

— И проглотить? — с сомнением продолжила я. — Думаешь, этого было бы достаточно?

— Ну, попробовать-то ничего не мешает, — пожал плечами математик.

Но, к сожалению, попытки создать «долгоиграющие» прививки пока не увенчались успехом.

Если с обычными болезнями справляться стало намного проще, то со смертельными складывалась трагическая ситуация. У таких инфекций и источник заражения найти гораздо сложнее (из-за малой выборки), и лечение разрабатывать (учитывая, что проверять его приходилось на наших детях). Да и сами болезни слишком часто приводили к смерти… или вынуждали использовать мучения. Мало времени, мало больных для выявления особенностей, мало возможностей для поиска спасения.

Это были очень тяжёлые дни. Не только для меня и родителей, но и для остальных. И для Рыси. Она прекрасно понимала, что происходит и не хотела расставаться с друзьями, втихаря от нас пытаясь подкармливать уже погибших маленьких соплеменников.