Наследница

— Удобства — ничто… я лучше бы жила в лесу под открытым небом, но со своим любимым, чем здесь… без угрозы нападения…

Девушка лишь положила свою горячую ладошку мне на плечо, тяжело вздохнув. Теперь уже мы вдвоём смотрели на горизонт, где чернота наползала всё сильнее.

— Илария, ты должна мне кое-что пообещать… в последний раз…

— Что?

— Поклянись.

— Я так не могу! Сначала скажите…

— Я приказываю тебе!

— Хорошо… — обречённо ссутулив плечи, девушка была готова услышать мой приказ бежать из города, но для него было уже поздно, поэтому я придумала другой план.

— Когда дикари ворвутся в Аквалон, ты наденешь мои платья и будешь сидеть в покоях принцессы!

— Что?! НО…

— Я ещё не договорила! — Я сурово поджала губы, и фрейлина покорно опустила взгляд, замолчав. — Ты притворишься мною, и тебя никто не тронет, потому что дикари далеко не неорганизованная шайка ублюдков — их ведёт умный вождь, иначе Цитадель никогда бы не пала! Он не станет вредить наследной принцессе… Божественному дитя… я уверенна, поэтому у тебя будет время спастись! Надеюсь, граф де Конт и Верховный маг не просто так сбежали, прихватив последних защитников Аквалона, оставив отряд самоубийц! Я просто не желаю верить, что друзья моего отца жалкие трусы!

— Ваше Высочество…

— Зови меня Элей.

— Эля, — от мягкого голоса Илы у меня сердце сжалось от страха её дальнейшей судьбы, — Эля, а как же ты…

— А я сделаю то, что должна делать! — Решительно посмотрев в глаза Иларии, увидела в них понимание и грусть. Девушка закусила нижнюю губу, предательски задрожавшую, но продолжала молчать. — Прошу тебя, присмотри за Златой. Если у тебя выйдет, уговори фею улететь, как только меня… меня не станет.

Илария, больше не сдерживаясь, закрыла лицо ладонями и зарыдала в голос, разрывая моё сердце от жалости. Притянув девушку, с которой была ровесницей, стала тихо гладить по голове, как маленькую, тихо успокаивая…

Стараясь думать о чём-то приятном, вспоминала о Славе и наших играх в куклы, о том, как он подстроил мне первую в наших отношениях каверзу с той несчастной пчелой… воспоминания о поцелуе в причинное место вызвали умильную улыбку, которая тут же погасла. Наша любовь оказалась слишком хрупкой, чтобы вынести обиды и сомнения сторон. Этот факт, в который раз, развеял все сомнения в принятом решении, и я отстранила девушку, понимая, что времени осталось намного меньше, чем хотелось бы.

— Поможешь мне в последний раз? Я могла бы и сама облачиться в боевой костюм, но мне было бы приятно впервые в жизни, если бы меня одевала именно ты…

— Конечно, моя королева, — низко поклонилась Илария, быстро размазывая слёзы по щекам.