Наследница

Смотрел в глаза своих побратимов, своих товарищей, спутников. В них была ярость и решимость.

— Мы их разорвем! — Рявкнул я.

— Мы их изрубим в мелкие куски! — Вторил мне Фредерик.

— Они захлебнуться в собственной крови! — Крикнул Араторн.

— Они будут жрать собственные кишки! — прохрипел Бертран.

— Мы их втопчем в грязь! — звонко крикнула Ёрика.

Постепенно мы приходили в себя, успокаиваясь. Но при этом не чувствовали тревоги и опасения за то, что только что произошло, за то, что только что испытали. Наоборот, казалось, мы напитались силой и готовы были свернуть горы. В нас жило предвкушение.

— Ёрика! Ты можешь сшить мне хотя бы на первое время ножны или чехол из шкур для «Пламени»?

— Да. Я прямо сейчас это сделаю. — Она развернулась и убежала в пещеру.

Эллия АлександраПрошла неделя после того злосчастного бала, и Аквалон совсем опустел. Все, кому было куда уйти, бросились прочь практически сразу, оставляя нажитое добро, понимая, что нет ничего дороже своей жизни и жизни своих близких. Сейчас я была счастлива, что родители ушли. Мне было страшно представить, что было бы с мамой, знай она, что Федя погибнет от рук дикарей — грязных оборванцев, часть из которых ею самой была выдворена из Аквитании за совершение гнусных преступлений, потому что просто так в Дикие Земли не ссылали в изгнание!

Я не оставляла мысль погибнуть в битве при вторжении в Аквалон, рассматривая чернеющий горизонт, где виднелись первые ряды этих мерзавцев, стоя на крыше самой высокой башни. Максимум шесть часов, и я буду свободна от паутины, в которую замоталась собственноручно."

"Единственное, что не давало мне покоя — моя фрейлина… Илария категорически отказалась уходить из замка и оставлять меня в одиночестве. Эта девушка, несмотря на свою внешнюю покорность и юность, обладала таким внутренним стержнем, который мне и не снился.

Твёрдым тоном заявив о своём намерении, она не стала обращать внимания на мольбы её отца и матери, на мой прямой приказ уйти, просто улыбнувшись и кивнув. Это потом я поняла, что уходила она каждый раз за какой-нибудь ерундой — то кувшин воды поменяет, то поднос с едой доставит…

Я смалодушничала, не дав прямого приказа, и поэтому не переставала себя корить сейчас, понимая, что после моей смерти Иларии долго не прожить.

— Ваше Высочество, — фрейлина приблизилась так тихо, что я вздрогнула от неожиданности. На мои плечи опустилась шаль. — Простудитесь! Здесь такой ветер…

— Ила…

— Не начинайте. Я знала, на что соглашалась! Хочу вам сказать, что ни о чём не жалею! Это не правильно, что Вы остались здесь беззащитной! Нам не выжить, но хотя бы последние минуты Вашей жизни Вы проведёте с должным Вашему статусу удобством.