Нас нет (СИ)

Как бывший следователь, он прекрасно понимал, что не все дела решаются по правилам. Но пока у меня не было желания втягивать начбеза в свою личную проблему.

Официально я ни в чем не участвовал. Нужные люди передали часть компромата нашим общим с Мисюровым партнерам. А те выторговали для себя выгодные условия по контрактам и бонусом потребовали вернуть Елене сына. Последнее было платой за компромат.

Да, Мисюров мог вычислить, откуда дует ветер. Для такого, как он, это была плевая задача! Только, когда в сделке участвует настолько большое число участников, любая попытка мести способна быстро превратиться в суицид.

Не я, так партнеры закатали бы этого героя в асфальт за нарушение условий. Никакая охрана или упряжка адвокатов не спасли бы.

Но то, что Мисюров отреагирует так оперативно, стало и для меня, и для наших посредников полной неожиданностью.

Я был уверен, что он попробует тянуть время или выдвинет условия. Решит увезти мальчишку подальше. Или преподнесет еще какой-нибудь сюрприз.

Человек, который забрал ребенка у любящей матери, просто обязан был бороться за него до последнего.

Однако, будто заранее знал, что так случится, Мисюров спокойно заглотил наживку. Сам купил билет на самолет. Сам забрал документы из школы. И, если верить Белову, готовился выполнить свои обязательства.

Елена, конечно, была права, когда говорила, что бизнес для бывшего мужа дороже сына. Только реальная ситуация выглядела еще хуже. Или Мисюрова совсем не интересовала судьба мальчика. Или существовало что-то еще, что мы упускали.

— Не нравится мне, что наш клиент такой послушный, — после недолгих размышлений признался я начбезу.

— Есть такое. — Белов тоже нахмурился. — Но вряд ли он причинит вред ребенку. Это уже будет за гранью. А остальное мои люди проконтролируют.

— Пусть глаз не сводят! Со всех! От гарема до прислуги."

"При мысли о гареме что-то противное царапнуло на душе. Я видел фотографии женщин Мисюрова. Все как одна походили на бывшую жену. То же телосложение, рост, цвет волос и даже глаз.

Любовь этого гада напоминала маниакальную зависимость. И это была еще одна причина, чтобы ломать голову над замужеством Елены.

— Так зачем он все-таки звонил? — опомнился Костя, когда Белов уже подошел к двери.

— Мисюров? — Сергей быстро перевел взгляд на меня. — Мы зафиксировали звонок. Не слушали, но контакт проверили. — Он словно извинялся.

— Загадка. — Я потер ладонь о ладонь и уставился на телефон. — Сам удивляюсь.

— Но если звонил один раз, то позвонит и второй. — Белов выглядел уверенным.

— С Мисюровым ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов.

— И все же... — Сергей замялся.