Нам с тобой нельзя

Я оборачиваюсь к другу и совершенно спокойно отвечаю:

—Меня выводить не надо. Заберете Свету и все. Он обезумел от потери жены и ребенка, и я не могу рисковать самым дорогим в своей жизни ради возможных выходов из этой ситуации, если сам могу все решить. Евстахов не похож на человека, способного вести переговоры.

Самое главное тут она, остальное — ничего не значащие детали, всего лишь шестеренки в большой машине жизни.

31

Отпусти

—Не бойся, я удержу. Не бойся!

Знакомый голос звучал громко и успокаивающе, несмотря на злобные нотки, проскальзывающие в нем, но ребенок это сосчитать бы не смог. Для нее голос стал звуком спасительного маяка.

Малышка хваталась за ветку высокого дерева, не в силах отпустить себя. Нет, она просто не послушалась старших и полезла в свой любимый домик на дереве самостоятельно. Обычно кто-то страховал, потому что куда такой малышке самостоятельно карабкаться на подобную высоту? Никита распахнул свои объятия и утешительно шептал ей нежные слова, вот только маленький ребенок не мог просто взять и отпустить ветку, на которой совсем недавно сидел припеваючи. Даже помыслить не могла, что это могло бы принести вред.

—Никита, мне страшно, я упаду, — рыдала малышка, из последних сил цепляясь за злосчастную ветку, что принесла так много боли маленьким ручкам.

—Я подхвачу, Светик, я прямо под тобой. Ты в полной безопасности, нужно лишь отпустить ручки. Ты ведь устала, маленькая?

Она устала, еще как устала, но стоило глянуть вниз, как адреналин с новой силой ударил в кровь, делая невозможное возможным. Жажда жизни аккумулирует любые потуги, даже те, что кажутся дикими и нецелесообразными.

—Никит! — Света снова жалобно заскулила. Сил оставалось все меньше.

—Послушай меня. Я рядом, тебе бояться нечего. Абсолютно! Когда ты отпустишь ветку, с тобой будет все в порядке, я подхвачу, и мы пойдем лопать блинчики, пока твои мама с папой не приехали, да? А то придется делиться. Просто отпусти ветку, малыш. Ты ведь мне веришь?

Мужчина не хотел напугать девочку, но и высота его знатно «притрусила», так что просто полезть к ней было нельзя, потому что некого оставить тут, чтобы ловить в случае чего. А он не доверял никому, кроме себя, так что вопрос для него оставался непоколебимым. Не углядел, да, но все решит самостоятельно.

А что до Светы, она верила, конечно, ведь это ее лучший друг. Самый лучший. Ее Медведь. Но детский страх от этого никуда не ушел, а приплюсовать к тому, что девочка все равно остается девочкой, на финише получаем крайне ядреную смесь.

—Я ловлю, — донеслось напоследок.

Ладошки прекратили сжимать ветку, и малютка полетела вниз, прикрывая веки, обрамленные пушистыми ресницами, а затем резко в ужасе распахнула.