Наказание для мажора

— Ева, стой! — окликнул он меня достаточно громко, что прикинуться глухой не получится.

Коридор был пустым. Занятия уже начались, и мне ничего не оставалось, как остановиться. Глубоко вдохнула и резко развернулась.

— Чего тебе? — бросила грубо.

— Ты еще долго от меня будешь бегать?

— Я не бегаю, — отрезала.

— Да? А на что, по-твоему, это похоже, если не на бегство?

— Я кое-что забыла.

— Неужели?! И что же?

— Тебя это не касается. — Я сделала слабую попытку вывернуться, но ничего не получилось. Андрей запер меня руками, расставив их по обе стороны и уперев в стену.

— Еще как касается. Ты зачем внесла меня в черный список?

— Потому что там тебе самое место, раз ты не понимаешь, что когда сбрасывают звонок, то говорить с тобой не желают!

— Вот как? Ладно. А если это важное?

— Что у тебя может быть важного? — усмехнулась с сарказмом.

— Я хотел спросить про Макса. — Такой ответ немного сбил с меня спесь.

— Все, что я знала, я рассказала Ксю.

— Макс видит?

— Я не знаю.

— Что, он даже тебе этого не сказал? — Андрей выделил «тебе» особой интонацией, но я не поняла, что он хотел этим сказать.

— А почему он должен был мне что-то сказать?

— Не знаю. Я так подумал…

— Это все? — Меня совсем не интересовало, что он там мог еще надумать. Я хотела убрать его руку и освободиться, но тут, как назло, из аудитории вышла Эльвира Павловна.

— Макарский? Вы опять прогуливаете? — Окинула нас строгим взглядом.

— Никак нет, Эльвира Павловна, мы как раз заходим.

— Долго заходите, Макарский, — заметила и вернулась в свой кабинет.

Андрей нажал на ручку ближайшей двери. Аудитория неожиданно открылась, и меня буквально затолкали в нее.

— Что ты творишь? — Зашипела, когда Макарский закрыл нас на замок изнутри.

— Не хочу, чтобы нам помешали. А у меня еще остались вопросы.

— Открой, сейчас же! — потребовала. — И выпусти меня!

— Выпущу, как только ответишь на мои вопросы. Что у тебя с этим типом?

— С каким?

— С которым ты вчера уехала. — Андрей приблизился очень близко, словно от этого я сразу выложу ему правду.

— Тебя это не касается.

— Ошибаешься, Ева. Это как раз меня касается! — Я снова попадала в ловушку его рук.

Со Святославом у меня ничего нет, но Макарскому знать это совершенно необязательно.

— Я же тебя не спрашиваю, что у тебя с Валерией, — выпалила зло, и только потом поняла, что сама себя выдала.

— Это кто? — нахмурился Андрей, словно запамятовал.

Если он решил разыграть мистера Неосведомленность, то ему можно смело давать приз за лучшее исполнение.

— Неважно. Открой, мне нужно идти.

— К нему?

— Нет! Домой!

— Врешь! — Выдохнул мне в лицо.

И тут мы услышали голоса, и кто-то настойчиво подергал ручку двери. Мы так и застыли: лицо Андрея в каких-то жалких двух сантиметрах от моего.

— Странно.