Найди сердце королевы

 – Я выстрелю!

– И чего ты этим добьёшься, моя милая Каталина? – На его губах снова появляется мягкая улыбка. Словно сейчас я рассказываю ему милую историю, а не пытаюсь пристрелить.

– Того, что ты исчезнешь из моей жизни.

– А разве ты этого хочешь?

– Да! Больше всего на свете!

Гай подходит настолько близко, что пистолет уже упирается ему в грудь, прижимаясь дулом к чёрной рубашке. У меня перехватывает дыхание. Он действительно бесстрашен.

– Тогда стреляй, – произносит он.

У меня пересыхает во рту. Я смотрю на него, подняв глаза, почти в ужасе.

– Стреляй в меня до тех пор, пока тебе не станет легче, – добавляет Гай, положив ладони на пистолет и будто сильнее прижимая его к своей груди. – Я готов на такую жертву, чтобы в твоей душе наконец воцарился покой.

Он спятил. Он просто сумасшедший. Он…

Дверь внезапно открывается, я резко поворачиваю голову и вижу Нейта, держащего в одной руке открытую пачку чипсов, а в другой – комплект постельного белья.

Гай выхватывает пистолет из моих рук так быстро и ловко, что я даже не успеваю сделать вдох, широко выпучив глаза. Он возвращает пистолет на своё место, а потом касается моего подбородка пальцем, говоря:

– Оружие детям не игрушка. Впредь, будь добра, не бери его без моего разрешения.

Нейт присвистывает в своей излюбленной манере, жуя чипсы. Его совершенно не смущает увиденное. Он лишь бросает комплект на диван, а сам начинает:

– Чувак, мы как раз по дороге в магаз с Зайдом спорили, насколько её хватит до того, как она попытается тебя грохнуть. – А потом с гулким смехом добавляет: – Я выиграл, получается! Теперь он должен мне пять баксов.

Не думаю, что пять баксов – большие деньги для людей, работающих на мафию. Но Нейт с таким энтузиазмом это сказал, что я невольно удивляюсь.

Вокруг меня одни ненормальные, и все ненормальны по-своему.

– Я постелю тебе на диване, а ты поспишь, – произносит Гай как ни в чём не бывало, распаковывая новое постельное бельё.

Я смотрю на него как на полного кретина, потому что никогда прежде ещё не встречала настолько невозмутимых людей.

– Всё слышала? – спрашивает он. – Ты должна поспать.

– Я пыталась тебя пристрелить только что, – растерянно напоминаю, словно он этого не помнит.

– Но поцеловала перед этим, – кратко отвечает Гай.

Говорит так, будто поцелуй затмил собой мой ужасный поступок. Перевесил его.

– Ого-го, ребятушки! Вы чмокнулись? Я пропустил самое интересное?

Я отворачиваюсь и потираю покрасневшее от наручника запястье.

– Знаешь, все мы от любви становимся дебилами, – заговаривает Нейт снова, хрустя чипсами, которые достаёт из пачки и бросает себе в рот.