Начбез и его Бес

– Хорошо, – ровно произнесла Танзиля, глядя себе в колени. – Как скажешь – так и будет. Ты мужчина. Тебе решать.

***

Первое время было очень тяжело. Физически тяжело было работать в ночь. Снова эти грохот, стробоскопы, полуголые девки, пьяные рожи. Драки. Он уже успел обо всем этом забыть. Он уже успел от всего этого отвыкнуть. Но выбора у Марата не было.

Зато он теперь точно знал: вот это – дно. И он отсюда обязательно выберется.

С детьми оказалось... Нет, не просто. Но все же не так страшно, как опасался Марат. Гульнара в силу возраста многое не понимала. Он сказал ей, что из-за работы может видеть ее только по воскресеньям – и она приняла эти слова на веру. Пока приняла. А вот Рустам во второе отцовское воскресенье спросил, набычившись:

– У тебя появилась другая тетя?

– Нет, – Марат не мог сказать ничего иного. К тому же у него на данный момент и в самом деле не было никакой «другой тети». Кроме танцовщиц в клубе, которые строили ему глазки и от которых его тошнило.

– Тогда почему ты от нас ушел?

– Так… так надо, сынок, – вздохнул Марат. – Ты вырастешь и поймешь.

– Ты мне объяснишь, когда я вырасту?

– Да.

***

Одним из удивительных явлений в новой жизни Марата в съемной скромной квартире, с ночной работой, невкусной едой и отцовскими воскресеньями стало продолжение общения с Самсоновым.

Марат не стал выяснять, что сказал Антон Балашов о его, Марата, увольнении. Все произошло на самом деле подозрительно спешно. А Юрий сам не распространялся на эту тему, не задавал никаких вопросов. Марату было немного неловко от того, что их с Самсоновым теперь разделяет такая социальная дистанция. Юрий – начальник юридической службы в крупном агрохолдинге. А Марат сейчас – простой охранник в ночном клубе. Но Юрий, если и знал о нынешних обстоятельствах Марата – никак это не демонстрировал. Сначала они просто переписывались в мессенджере. Все началось с того сообщения: «Старик умер».

А еще через неделю или две Юрий позвонил.

– Привет. Не отвлекаю?

Марат только-только проснулся после ночной смены, прокашлялся, потер глаза.

– Привет. Нет. Говори.

– Сегодня огласили завещание Бориса Петровича. Наследник – Артур.

Марат сначала молчал, а потом емко выругался.

– Вот-вот, – хмыкнул Юрий. – Знаешь, мы, когда обсуждали с Борисом Петровичем, что можно сделать… ну в связи с теми идеями Антона… Я ему в виде бреда предложил.

– Завещать все Артуру?

– Нет, знаешь, такое мне даже в голову бы не пришло. Парень, по-моему, совсем с резьбы сорвался – судя по тому, что я видел во время оглашения завещания. Мне кажется, он… – Самсонов вздохнул. – Ладно, может быть, мне кажется.