Академия. Начало

Но меня слушать никто не стал. Соверши он любое другое преступление, его недееспособность учли бы непременно, и он остался бы в живых. Его бы арестовали, судили, но пощадили бы. Но убить Императора…

Селдон обреченно покачал головой.

– Что же теперь будет, господин премьер-министр? – спросила Манелла.

– Я скажу вам, какие у меня предположения. Династии Энтунов конец. Сын Клеона не вступит на престол. Я думаю, он и сам этого не хочет. Он жутко боится покушения, и я его вполне понимаю и не сужу. Самое лучшее для него сейчас – удалиться в какое-нибудь из фамильных поместий во Внешних Мирах и жить там без хлопот. Как члену королевской семьи, ему никто не будет чинить препон. А вот вам и мне вряд ли так повезет.

– То есть, сэр? – нахмурилась Манелла.

– Нет ничего проще, чем доказать, что вы убили Глеба Андорина, и он выронил бластер, затем попавший в руки Манделя Грубера, а тот воспользовался этим оружием для убийства Клеона. Следовательно, на вас ложится серьезная ответственность за участие в преступлении. Запросто могут сказать, что все было организовано.

– Но это же глупо. Я же офицер службы безопасности и исполняла свой долг – делала то, что мне было приказано.

Селдон печально улыбнулся:

– Вы мыслите логически, а сейчас не время для логики. Теперь, в отсутствие законного наследника императорского престола, к власти наверняка придет военное правительство.

(Позднее, когда Манелла стала понемногу осознавать принципы психоистории, она гадала, прибег ли Селдон к каким-то вычислениям, дабы прогнозировать такой исход событий, – ведь военное правление действительно было введено. Но тогда он о психоистории ни словом не обмолвился.)

– А если военное правительство придет к власти, – продолжал Селдон, – ему придется действовать исключительно жестко – подавлять всякие проявления недовольства и непослушания, принимать жесткие радикальные меры, и тут будет не до логики, не до справедливости. И если они обвинят вас, мисс Дюбанкуа, вас казнят – не потому, что это было бы законно и справедливо, а просто для того, чтобы всем на Тренторе заткнуть глотки. Раз так, то и меня могут обвинить в участии в заговоре. В конце концов, я же действительно вышел встречать новых садовников, хотя в принципе, так сказать, по штату, я не должен был этого делать. Если бы меня там не было, не было бы и попытки убить меня, вам бы не пришлось вмешиваться, и Император остался бы жив. Видите, как все замечательно сходится?

– Не поверю, что такое кому-то придет в голову.

– Может быть, и не придет. Но я собираюсь сделать им предложение, от которого они вряд ли откажутся.

– Я добровольно подам в отставку. Они меня не хотят, и я уйду.